Сенсорная депривация

Сенсорная депривация

11 Понятие сенсорной депривации

Сенсорная депривация – это длительное частичное лишение человека слуховых, зрительных ощущений, а также лишение подвижности, общения, эмоциональных всплесков. В психологии известны три вида депривации:

1) сенсорная;

2) эмоциональная;

3) социальная.

Сенсорная депривация вызывает у человека состояние временного психоза, различных психических нарушений, длительной депрессии. Длительная сенсорная депривация приводит к органическим изменениям или дегенеративным изменениям в нервных клетках.

Опытным путем доказано, что условия сенсорной депривации вызывают растормаживание коры головного мозга, галлюцинации, которые не соответствуют действительности, однако воспринимаются мозгом как оное в самых разных видах (тактильные ощущения, зрительные, звуковые, осязаемые, др.). Подобные видения определенных образов и ощущений приводят к латеральному торможению коры головного мозга. Процесс сенсорной деривации может дать два разнопо-лярных результата.

Во-первых, может происходить растормажи-вание коры, а во-вторых, может приводить к затормаживанию коры.

Изучением процессов сенсорной депривации ученые психологи занимаются давно. В 1913 г. Дж. Уотсон издал свой труд «Психология с точки зрения бихевиориста». В этом труде он излагает суть нового направления в психологии, которое было названо бихевиористским направлением в психологии. Одновременно с этой теорией Дж. Уотсон выдвинул идею, противоположную по сути: он призывал основываться на объективных методах, которые разработаны в естественных науках.

Практическое целенаправленное изучение нервно-психической деятельности человека началось во второй половине XX в., основными работами по прикладной экспериментальной психологии были работы, проводимые под руководством Д. Н. Бирюкова. Он установил зависимость повышения потребности в сильных ощущениях и переживаниях в условиях сенсорной депривации, когда активизируется воображение и образная память. Такие процессы начинают проходить только в результате сенсорного голода, изоляции, т. е. как защитный механизм от насильственной изоляции в стремлении сохранить в памяти все существующие реакции и функции мышления. Длительное пребывание в условиях сенсорной депривации у человека вызывает постепенное развитие апатии, депрессии, торможения умственных процессов, а также частой смены настроения (раздражительность, эйфория). Также может происходить нарушение памяти, человек может испытывать гипнотические и трансовые состояния. Если воздействие сенсорной депри-вации не прекращается, то разрушительные процессы в психике и логическом мышлении человека становятся необратимыми. Существует прямая зависимость скорости разрушения психики человека от времени и условий сенсорной депривации.

12 Понятие «социальная депривация», ее влияние на развитие психики ребенка

Понятие депривации в специальной психологии означает определенное состояние человека, при котором у этого человека или группы людей появляется чувство одиночества, обде-ленности вниманием и непонимания окружающим обществом. Существует два вида депри-вации.

Первый вид депривации описывает состояние людей, которые понимают и осознают причины создавшейся ситуации.

Второй вид депривации подразумевает неосознанное состояние людей, которые не понимают и не осознают причины своего одиночества.

Оба вида депривации сопровождаются сильным стремлением преодолеть состояние изолированности.

Состояние депривации является противоестественным, однако существуют исключения, например кастовая принадлежность в Индии. Всего существует пять видов депривации, в том числе социальная депривация.

Понятие «социальная депривация» раскрывает стремление любого общества разграничить и оценить способности каждого человека или определенных общественных групп. Принадлежность к определенной социальной группе позволяет решать многие вопросы, связанные с деятельности человека. Кроме того, данное понятие может ограничивать свободу или права людей при определенных условиях.

Социальная депривация выражается в разного рода поощрениях, должностях, престиже, статусе, возможности продвижения по социальной лестнице вверх, других преимуществах в обществе.

Чаще всего принципы определения социальной депривации являются непреложным неписаным законом общества.

Так, права и желания молодых людей ценятся более высоко, чем пожилых, при общепринятом равноправии мужчин и женщин мужчины все-таки обладают большими правами и полномочиями, чем женщины.

Более одаренные люди имеют более широкие права и привилегии по сравнению с обычными людьми.

Социальная депривация является дополнением к остальным четырем типам депривации, например к экономической депривации.

Такая взаимосвязь выражается в прямой пропорции: чем лучше человек материально обеспечен, тем выше его социальный статус, и наоборот.

Изменение социальной депривации может происходить в результате получения образования, повышения по служебной лестнице и т. д.

У детей в состоянии социальной депривации может задерживаться развитие всех психических процессов и речевой деятельности. Все эти ограничения приводят к приостановке речемыс-лительной функции.

Депривация – близкое по характеристикам к фрустрации состояние. Возникает при длительной невозможности или ограниченности удовлетворения актуальных для личности потребностей. Состояние депривации относится к психотравмирующим ситуациям. Она способна создать необратимые психические изменения. Депривация отличается по формам, видам, проявлениям и последствиям.

Что такое депривация

Депривация часто скрывается или не осознается человеком, маскируется. Внешне личность и условия ее жизни могут выглядеть благополучными, но при этом внутри человека бушует конфликт, ощущается дискомфорт. Длительная депривация создает хроническое напряжение. Как результат – затяжной стресс.

Депривация похожа на фрустрацию, но между ними существуют 2 главных отличия:

  • депривация не так заметна самой личности, как фрустрация;
  • депривация возникает при длительном и полном лишении, фрустрация – реакция на конкретную неудачу, неудовлетворенную потребность.

Например, если у ребенка отнять любимую игрушку, но дать другую, то он испытает фрустрацию. А если совсем запретить играть, то это депривация.

Чаще всего речь идет о психологической депривации, например, при лишении любви, внимания, заботы, социальных контактов. Хотя и биологическая депривация встречается. Она может быть угрожающей физическому и психическому развитию личности (ее самоактуализации, самооценке) и неугрожающей. Последняя больше похожа на фрустрацию. Например, если ребенку не купят мороженое, то он испытает неугрожающую депривацию, а вот если он систематически будет голодать – угрожающую депривацию. Но если то же мороженое является для ребенка символом чего-либо, например, родительской любви, и он вдруг не получит его, то это вызовет серьезные личностные изменения.

Появление и выраженность депривации во многом зависят от индивидуально-личностных особенностей человека. Например, социальную изоляцию два человека могут воспринять и перенести по-разному, в зависимости от ценности общества для каждого и выраженности потребности в социальных контактах. Таким образом, депривация – субъективное состояние, не повторяющееся одинаково у разных людей.

Виды депривации

Депривацию рассматривают и классифицируют в зависимости от потребностей. Принято выделять следующие виды:

  1. Сенсорная депривация. Подразумевает такие условия развития ребенка или жизненные ситуации взрослого человека, в которых среда имеет ограниченный или чрезвычайно изменчивый набор внешних стимулов (звуки, свет, запахи и так далее).
  2. Когнитивная депривация. Среда имеет чрезмерно изменчивые или хаотичные внешние условия. Личность не успевает их усвоить, а значит, не может предугадывать события. Из-за недостатка, изменчивости и неадекватности поступающей информации у человека формируется ошибочное представление о внешнем мире. Нарушается понимание связей между вещами. Человек выстраивает ложные взаимосвязи, имеет ошибочные представления о причинах и следствиях.
  3. Эмоциональная депривация. Предполагает разрыв эмоциональной межличностной связи или интимно-личностного общения либо невозможность установки социальных близких взаимоотношений. В детском возрасте этот вид депривации отождествляют с материнской депривацией, под чем подразумевается холодность женщины в отношениях с ребенком. Это опасно психическими нарушениями.
  4. Социальная депривация, или депривация идентичности. Речь идет об ограниченных условиях для усвоения какой-либо роли, прохождения идентичности. Например, социальной депривации подвергаются пенсионеры, заключенные, ученики закрытых школ.
  5. Кроме того, встречается двигательная депривация (например, постельный режим вследствие травмы), образовательная, экономическая, этическая и другие варианты.

Это теория. На практике один вид депривации способен трансформироваться в другой, могут проявляться одновременно несколько видов, один вид может возникнуть как следствие предыдущего.

Депривации и их последствия

Сенсорная депривация

Одна из наиболее изученных форм. Например, давно подтверждены изменения в сознании летчиков, пребывающих в длительных полетах. Монотонность дней и одиночество угнетает.

Пожалуй, про сенсорную депривацию снято больше всего фильмов. История с одиноко выживающим на острове человеком почему-то очень любима сценаристами. Например, вспомним фильм «Изгой» с Томом Хэнксом в главной роли. Картина очень точно передает психологические изменения человека, оставшегося на длительный период в одиночестве и ограниченных условиях. Один друг-мячик чего стоит.

Более простой пример: каждый человек знает, как угнетает монотонная и одинаковая работа. Тот самый «день сурка», о котором многие любят говорить.

К основным последствиям сенсорной депривации относится:

  • изменение направленности мышления и снижение возможности сосредоточения;
  • уход в мечты и фантазии;
  • потеря чувства времени, нарушенная ориентация во времени;
  • иллюзии, обманы восприятия, галлюцинации (в данном случае это вариант защитного механизма, помогающего сохранить психическое равновесие);
  • нервное беспокойство, чрезмерное возбуждение и двигательная активность;
  • соматические изменения (часто головные боли, ломота в мышцах, мушки в глазах);
  • бред и паранойя;
  • тревога и страхи;
  • другие личностные изменения.

Обобщенно можно обозначить 2 группы реакций: повышенная возбудимость на фоне общей подавленности, то есть острое реагирование на ситуации (в обычных условий те же события не вызывали такой бурной реакции) и снижение тяги к интересным ранее вещам, чрезмерно спокойное и апатичное реагирование. Возможен третий вариант реакций – изменение вкусовых предпочтений и эмоциональных отношений на противоположные (раздражает то, что нравилось).

Это что касается изменений в эмоциональной сфере, но нарушения из-за депривации касаются и когнитивной сферы:

  • Ухудшение и расстройства в области словесно-логического мышления, опосредованного запоминания, произвольного внимания и речи.
  • Нарушения в перцептивных процессах. Например, человек может утратить способность видеть в трехмерном пространстве. Ему может казаться, что стены движутся или сужаются. Человек ошибочно воспринимает цвета, формы, размеры.
  • Повышенная внушаемость.

Как мы понимаем, сенсорный голод может с легкостью возникнуть в повседневной жизни. Очень часто именно сенсорный голод путают с обычным голодом, недостаток впечатлений компенсируется едой. Переедание и ожирении – еще одно последствие сенсорной депривации.

Не все изменения носят строго отрицательный характер. Например, повышенное активное воображение побуждает к креативности, что полезно в поиске путей выхода из сложной ситуации. Вспомним те же фильмы про выживающих на необитаемом острове. Да и в принципе любой выход проснувшегося творчества снизит риск психических расстройств.

У экстравертов в силу врожденной потребности во внешних раздражителях сенсорная депривация вызовет большие нарушения, нежели у интровертов. Также люди с устойчивым типом психики проще переживут этот вид депривации. Людям с истероидными и демонстративными акцентуациями будет сложнее пережить сенсорную депривацию.

Знание индивидуально-личностных особенностей людей и предположения об их реакции на сенсорную депривацию важно для профессионального отбора. Так, работа в экспедициях или условиях полета, то есть сенсорной депривации, подойдет не всем.

Двигательная депривация

При длительной ограниченности в движениях (от 15 дней до 4 месяцев) наблюдается:

  • ипохондрия;
  • депрессия;
  • необоснованные страхи;
  • неустойчивые эмоциональные состояния.

Происходят и когнитивные изменения: снижается внимание, замедляется и нарушается речь, затрудняется запоминание. Человек становится ленив, избегает умственной деятельности.

Когнитивная депривация

Недостаток информации, ее хаотичность и неупорядоченность вызывают:

  • скуку;
  • неадекватные представления личности о мире и своих возможностях жизни в нем;
  • ошибочные выводы о событиях мира и окружающих людях;
  • невозможность продуктивно действовать.

Неведение (информационный голод) будит страхи и тревоги, мысли о невероятном и неприятном развитии событий в будущем или недоступном настоящем. Отмечаются признаки депрессии и нарушения сна, потеря бдительности, снижение работоспособности, ухудшение внимания. Не зря говорят, что нет ничего хуже неведения.

Эмоциональная депривация

Распознать эмоциональную депривацию сложнее других. Как минимум, потому что проявляться она может по-разному: кто-то испытывает страхи, страдает депрессией, замыкается в себе; другие компенсируют это чрезмерной общительностью и поверхностными отношениями.

Особенно остро последствия эмоциональной депривации заметны в детском возрасте. Возникает задержка когнитивного, эмоционального и социального развития. Во взрослости эмоциональная сфера общения (рукопожатия, объятия, улыбки, одобрение, восхищение, похвала, комплименты и так далее) нужна для психологического здоровья и равновесия.

Социальная депривация

Речь идет о полной изоляции личности или группы людей от общества. Возможны несколько вариантов социальной депривации:

  • Вынужденная изоляция. Ни сама личность (или группа людей), ни общество не хотели и не ждали этой изоляции. Она зависит только от объективных условий. Пример: крушение самолета или корабля.
  • Принудительная изоляция. Инициатором выступает общество. Пример: тюрьмы, армия, детские дома, военные лагеря.
  • Добровольная изоляция. Инициатором выступает личность или группа людей. Пример: отшельники.
  • Добровольно-принудительная изоляция. Личность сама ограничивает социальные контакты ради достижения поставленной цели. Пример: школа для одаренных детей, суворовское училище.

Последствия социальной депривации во многом зависят от возраста. У взрослых людей отмечаются такие последствия:

  • тревога;
  • страх;
  • депрессия;
  • психозы;
  • ощущение постороннего;
  • эмоциональное напряжение;
  • эйфория, похожая на эффект от приема наркотиков.

В целом последствия социальной депривации схожи с таковыми у сенсорной депривации. Однако последствия социальной депривации в группе (человек постепенно привыкает к одним и тем же лицам) несколько отличаются:

  • раздражительность;
  • несдержанность;
  • быстрая утомляемость, неадекватная оценка событий;
  • уход в себя;
  • конфликты;
  • неврозы;
  • депрессии и суицид.

На когнитивном уровне при социальной депривации отмечается ухудшение памяти, замедление и нарушения речи, потеря цивилизованных привычек (манеры, нормы поведения, вкусы), ухудшение абстрактного мышления.

Социальную депривацию испытывают изгои и отшельники, мамы в декрете, старики, только что вышедшие на пенсию, работник в длительном больничном отпуске. Последствия социальной депривации индивидуальны, как и срок их сохранения после возвращения человека к привычным условиям жизни.

Экзистенциальная депривация

Связана с потребностью найти себя и свое место в мире, познать смысл жизни, разобраться в вопросах смерти и так далее. Соответственно, экзистенциальная депривация отличается по возрастам:

  • В подростковом возрасте экзистенциальная депривация возникает в ситуации, когда окружение не позволяет подростку реализовать потребность во взрослости.
  • Молодость обусловлена поиском профессии и созданием семьи. Одиночество и социальная изоляция – причины экзистенциальной депривации в этом случае.
  • В 30 лет важным является соответствие жизни внутренним планам и мотивам личности.
  • В 40 лет человек оценивает правильность своей жизни, самореализацию, исполненность личного предназначения.

Экзистенциональная депривация может наступить независимо от возраста, в силу личных причин:

  • смена социального статуса (в положительную или отрицательную сторону);
  • разрушение смыслов, невозможность достижения цели;
  • быстрая смена жизненных условий (тоска по прежнему порядку);
  • тоска из-за серого однообразия жизни (чрезмерная стабильность);
  • чувство утраты и грусти при достижении столь желанной цели после долгого и трудного пути (а что дальше делать, как жить без мечты).

Образовательная депривация

Речь идет не только о полной педагогической запущенности, но и об условиях обучения, не соответствующих индивидуально-личностным особенностям ребенка, невозможности полноценного раскрытия потенциала и самореализации. В результате теряется мотивация к обучению, падает интерес, возникает нежелание посещать занятия. Формируется отвращение к учебной деятельности в широком смысле слова.

В рамках образовательной депривации можно выделить эмоциональную (игнорирование потребностей и особенностей ребенка, пресечение индивидуальности) и когнитивную (формальная подача знаний).

Образовательная депривация часто переходит в культурную или служит ее предпосылкой. Культурная депривация берет начало в семье, где образование не имеет ценности.

Депривация в современном мире

Депривация бывает очевидной и скрытой. С первой формой все просто: физическая разлука, заключение в камере и так далее. Примером скрытой депривации является изоляция в толпе (одиночество в толпе) или эмоциональная холодность в отношениях (брак ради детей).

В современном мире от депривации не застрахован никто. Ту или иную ее форму и вид может спровоцировать экономическая и социальная нестабильность общества, информационная война или контроль информации. Депривация тем сильнее дает о себе знать, чем больше ожидания человека (уровень притязаний) расходятся с реальностью.

Безработица, бедность (во многом субъективный показатель), урбанизация могут негативно отражаться на психике людей. Очень часто начинающиеся депривации и состояние фрустрации компенсируются защитным механизмом – уходом от реальности. Потому так популярна виртуальная реальность, алкоголь, компьютеры.

Выученная беспомощность – еще одна болезнь современного общества. Своими корнями она тоже уходит в депривацию. Люди пассивны и во многом инфантильны, но для кого-то это единственный вариант сохранить равновесие в нестабильной обстановке или ограниченных возможностях. Пессимизм – еще одна реакция на длительную депривацию.

Преодоление депривации

Преодолевать депривацию можно разными путями: деструктивными и конструктивными, социальными и асоциальными. Например, популярен уход в религию, увлечение эзотерикой и психологией, освоение саморегуляции и техник релаксации. Не менее популярен уход в мир интернета и фантазий, книг, фильмов.

При сознательном и профессиональном подходе коррекция депривации предполагает подробное изучение частного случая и создание антидепривационных условий. То есть, например, при сенсорной депривации насыщение среды событиями и впечатлениями. При когнитивной – поиск информации, ее усвоение, коррекция имеющихся образов и стереотипов. Эмоциональная депривация устраняется налаживанием общения с людьми, построением отношений.

Работа с депривациями требует строго индивидуального психотерапевтического подхода. Важен срок депривации, индивидуально-личностные особенности человека, его возраст, вид депривации и форма, внешние условия. Последствия одних деприваций поддаются коррекции проще, на исправление других уходит много времени или констатируется необратимость психических изменений.

2. Сенсорная депривация у людей и ее последствия а. Эмпирические факты сенсорной депривации

На сегодняшний день собрано немало эмпирических данных о том, как дефицит сенсорных стимулов влияет на людей. В частности, описаны многочисленные факты изменения состояния сознания летчиков в условиях длительных полетов. Летчики воспринимают одиночество и монотонность среды как угнетающие. Ситуация усугубляется, если полет проходит над абсолютно однообразной местностью. Один пилот так описал свои ощущения от полетов внутрь Антарктиды: «Представьте, что сидите рядом с работающим двигателем в комнате и часами смотрите в хорошо побеленный потолок» .

Показательными в этом плане являются результаты анализа опыта полярных исследователей, которые месяцами живут в однообразной среде снежных просторов. Зрительное восприятие ограничивается в основном белыми тонами. Звуковой фон – глубокая тишина или шум метели. Запах земли и растений там неизвестны. Врачи арктических и антарктических станций указывают на то, что с увеличением срока пребывания в экспедиционных условиях у полярников нарастает общая слабость, тревожность, замкнутость, депрессия.

Особенно тяжелое воздействие на психику оказывает полярная ночь. По данным исследований, нервно-психическая заболеваемость на Крайнем Севере на несколько порядков выше по сравнению с умеренными и южными районами России . В одном из экспериментов были получены данные, показывающие, что у 41,2 % обследуемых жителей г. Норильска, живущих в условиях полярной ночи, повышена тревожность и напряженность, а у 43,2 % наблюдается снижение настроения с оттенком депрессии .

При изучении воздействия темноты на психическое состояние было выявлено, что у здоровых людей, работающих в затемненных помещениях на кинофабриках, в фотоателье, в полиграфической промышленности и пр., нередко развиваются невротические состояния, выражающиеся в появлении раздражительности, плаксивости, расстройств сна, страхов, депрессии и галлюцинаций .

Примеры тягостных ощущений, связанных с неизменностью среды, приводят также космонавты, моряки-подводники. Кабины космических кораблей и отсеки подводных лодок заполнены равномерным шумом работающих энергетических установок. В определенные периоды в субмарине или космическом корабле наступает полная тишина, нарушаемая слабым однообразным шумом работающей аппаратуры и вентиляторов .

Интересен тот факт, что наступающая тишина воспринимается не как лишение чего-то, а как сильно выраженное воздействие. Тишину начинают «слышать».

Б. Экспериментальные исследования сенсорной депривации

В психологии был сделан ряд попыток имитировать сенсорную депривацию. В Университете Мак-Гилла сотрудниками Д. Хебба в 1957 г. был организован и проведен следующий эксперимент.

Группе студентов колледжа платили $20 в день за то, чтобы они ничего не делали. Им нужно было только лежать на удобной кровати с полупрозрачной повязкой на глазах, позволявшей видеть рассеянный свет, но не дававшей возможности четко различать объекты. Через наушники участники эксперимента постоянно слышали легкий шум. В комнате монотонно жужжал вентилятор. На руки испытуемых надевали хлопчатобумажные перчатки и картонные муфты, выступавшие за кончики пальцев и сводившие к минимуму тактильную стимуляцию. Уже через несколько часов пребывания в подобной изоляции затруднялось целенаправленное мышление, не удавалось ни на чем сосредоточить внимание, становилась повышенной внушаемость. Настроение колебалось от крайней раздраженности до легкого веселья. Испытуемые ощущали невероятную скуку, мечтая о любом стимуле, а получив его, чувствовали себя неспособными отреагировать, выполнить задание или не желали предпринимать для этого никаких усилий. Способность решать простые умственные задачи заметно снижалась, причем данное снижение имело место еще 12–24 часа после окончания изоляции. Хотя каждый час изоляции оплачивался, большинство студентов не смогли выдержать такие условия более 72 часов. У тех, кто оставался дольше, появлялись, как правило, яркие галлюцинации и бредовые идеи .

Еще одна экспериментальная ситуация, предполагающая высокую степень депривации, – «изоляционная ванна» Дж. Лилли.

Испытуемых, снаряженных дыхательным аппаратом с непрозрачной маской, полностью погружали в резервуар с теплой, медленно протекающей водой, где они находились в свободном, «невесомом» состоянии, стараясь, согласно инструкции, двигаться как можно меньше. В этих условиях уже приблизительно после 1 часа у испытуемых появлялись внутреннее напряжение и интенсивный сенсорный голод. Через 2–3 часа возникали визуальные галлюцинаторные переживания, сохранявшиеся частично и после окончания эксперимента. Наблюдались выраженные нарушения познавательной деятельности, стрессовые реакции. Многие бросали эксперимент раньше намеченного срока.

В Гарвардском университете в 1956 г. проводился эксперимент с использованием аппарата «железные легкие» – респиратора, применяемого при бульбарных полиомиелитах . Здоровые добровольцы (студенты, врачи) проводили до 36 часов в данном респираторе с открытыми кранами и с включенным мотором, который издавал монотонное гудение. Из респиратора они могли видеть лишь небольшую часть потолка, цилиндрические муфты препятствовали тактильным и кинестетическим ощущениям, в двигательном отношении испытуемые были весьма ограничены. Лишь 5 человек из 17 смогли остаться в респираторе в течение 36 часов. У всех испытуемых отмечались затруднения при сосредоточении и периодические состояния тревожности, у восьми имелись затруднения при оценке реальности (от псевдосоматических бредовых идей вплоть до настоящих зрительных или слуховых галлюцинаций), четыре впали в тревожную панику и активно стремились выбраться из респиратора .

Все эксперименты демонстрируют в целом сходные явления, подтверждая, что потребность в сенсорной стимуляции со стороны разнообразной окружающей среды – фундаментальная потребность организма. В отсутствие такой стимуляции нарушается умственная деятельность и возникают личностные расстройства.

2.1. Сенсорная депривация

Блестящим примером сенсорной депривации является описание преддипломного экзамена, который сдавал курсант школы космонавигаторов, известный в кругах любителей фантастики, пилот Пиркс из рассказа С. Лема «Условный рефлекс». Этот экзамен курсанты любовно называли «сумасшедшая ванна». Лем подробно описывает, как курсанта приводят в просторное помещение с бассейном, полным воды.

«Испытуемый — на студенческом жаргоне «пациент» — раздевался и погружался в воду, которую нагревали до тех пор, пока он не переставал ощущать ее температуру… Когда юноша, лежавший навзничь в воде, поднимал руку, воду прекращали нагревать и один из ассистентов накладывал ему на лицо парафиновую маску. Затем в воду добавляли какую-то соль (но не цианистый калий, как всерьез уверяли те, кто уже искупался в «сумасшедшей ванне»),— кажется, простую поваренную соль. Ее добавляли до тех пор, пока «пациент» (он же «утопленник») не всплывал так, что тело его свободно держалось в воде, чуть пониже поверхности. Только металлические трубки высовывались наружу, и поэтому он мог свободно дышать.

Вот, собственно, и все. На языке ученых этот опыт назывался «устранение афферентных импульсов». И в самом деле, лишенный зрения, слуха, обоняния, осязания (присутствие воды очень скоро становилось неощутимым), подобно египетской мумии, скрестив руки на груди, «утопленник» покоился в состоянии невесомости. Сколько времени? Сколько мог выдержать.

Как будто ничего особенного. Однако в таких случаях с человеком начинало твориться нечто странное… Около трети испытуемых не выдерживали не то что шести или пяти, а даже и трех часов».

Субъективные переживания Пиркса писатель описывает с большой достоверностью, похожие можно встретить и в самоотчетах участников подлинных научных экспериментов (по-видимому, автору были знакомы работы американских психологов из Колумбийского университета Дж. Лилли, Дж. Шорли, 1961):

«Он вообще ничего не ощущал. Но эта пустота становилась тревожащей. Прежде всего, он перестал ощущать положение собственного тела, рук, ног. Он еще помнил, в какой позе лежит, но именно помнил, а не ощущал. Пиркс начал соображать, Давно ли он находится под водой, с этим белым парафином на лице. И с удивлением понял, что он, обычно умевший без часов определять время с точностью до одной-двух минут, не имеет ни малейшего представления о том, сколько минут — или, может, десятков минут? — прошло после погружения в «сумасшедшую ванну».

Пока Пиркс удивлялся этому, он обнаружил, что у него уже нет ни туловища, ни головы, вообще ничего. …

«Пиркс будто растворялся постепенно в этой воде, которую тоже совершенно перестал ощущать. Вот уже и сердца не слышно. Изо всех сил он напрягал слух — безрезультатно. Зато тишина, целиком наполнявшая его, сменилась глухим гулом, непрерывным белым шумом, таким неприятным, что прямо хотелось уши заткнуть…

Нечем было шевельнуть: руки исчезли. Он даже не то чтобы испугался — скорее обалдел. Правда, он читал что-то о «потере ощущения тела», но кто бы мог подумать, что дело дойдет до такой крайности?..

Потом стало еще хуже.

Темнота, в которой он находился, или, точнее, темнота — он сам, заполнялась слабо мерцающими кругами, плавающими где-то на границе поля зрения,— круги эти даже и не светились, а смутно белели. Он повел глазами, почувствовал это движение и обрадовался, но странно: после нескольких движений и глаза отказались повиноваться…»

Дальше — хуже. «Он распадался. Уже даже и не тело — о теле и речи не было — оно перестало существовать с незапамятных времен, стало давно прошедшим, чем-то утраченным навсегда. А может, и не было никогда?..

Он распадался — ни на какие-то там отдельные личности, а именно на страхи. Чего Пиркс боялся? Он понятия не имел. Он не жил ни наяву (какая может быть явь без тела?), ни во сне. Ведь не сон же это: он знал, где находится, что с ним делают. Это было нечто третье. И на опьянение абсолютно не похоже.

Он и об этом читал. Это называлось так: «Нарушение деятельности коры головного мозга, вызванное лишением внешних импульсов»……Звучало это не так уж плохо. Но на опыте… Нет, это он вселился в кого-то. И этот кто-то раздувался. Распухал. Становился безграничным. Пиркс бродил по каким-то непонятным недрам, сделался громадным, как шар, стал немыслимым слоноподобным пальцем, он весь был пальцем, но не своим, не настоящим, а каким-то вымышленным, неизвестно откуда взявшимся. Этот палец обособлялся. Он становился чем-то угнетающим, неподвижным, согнутым укоризненно и вместе с тем нелепо, а Пиркс, сознание Пиркса возникало то по одну, то по другую сторону этой глыбы, неестественной, теплой, омерзительной, никакой…

Пиркс прошел еще много состояний. Некоторое время его не было, потом он снова появился, многократно умноженный; потом что-то выедало у него весь мозг; потом были какие-то путаные, невыразимые словами мучения — их объединял страх, переживший тело, и время, и пространство» (С.Лем, 1970 с. 46-53).

Сенсорная депривация может возникать не только в экспериментальных условиях, подобных описанным С. Лемом, но и в жизни, когда по тем или иным причинам человек испытывает так называемый сенсорный голод, не получает достаточного количества стимулов — зрительных, слуховых, осязательных и прочих. Для описания подобных жизненных условий психологи также пользуются понятием обедненная среда, а в последнее время — обедненная информационная среда.

В обедненную среду часто попадает ребенок, оказавшись в детском доме, больнице, интернате или другом учреждении закрытого типа. Такая среда, вызывая сенсорный голод, вредна для человека в любом возрасте. Однако для ребенка она особенно губительна.

Как показывают многочисленные психологические исследования, необходимым условием для нормального созревания мозга в младенческом и раннем возрасте является достаточное количество внешних впечатлений, так как именно в процессе поступления в мозг и переработки разнообразной информации из внешнего мира происходит упражнение органов чувств и соответствующих структур мозга.

Большой вклад в разработку этой проблемы внесли отечественные ученые. Так, Н.М.Щеловановым было установлено, что те участки мозга ребенка, которые не упражняются, перестают нормально развиваться и начинают атрофироваться.

Н.М.Щелованов писал, что если ребенок находится в условиях сенсорной изоляции (он неоднократно наблюдал ее в яслях и домах ребенка), то происходит резкое отставание и замедление всех сторон развития, своевременно не развиваются движения, не возникает речь, отмечается торможение умственного развития.

М.Ю.Кистяковская, анализируя стимулы, вызывающие положительные эмоции у ребенка первых месяцев жизни, обнаружила, что они возникают и развиваются лишь под влиянием внешних воздействий на его органы чувств, в особенности на глаз и ухо.

Опираясь на эти факты, а также на собственные наблюдения и эксперименты, выдающийся детский психолог Л.И.Божович (1968) выдвинула гипотезу о том, что ведущей в психическом развитии младенца является потребность в новых впечатлениях.

Согласно этой гипотезе, потребность в впечатлениях возникает примерно на третьей-пятой неделе жизни ребенка и является базой для формирования других социальных потребностей, в том числе и социальной по своей природе потребности в общении ребенка с матерью. Это положение противостоит представлениям большинства психологов о том, что исходными выступают либо органические потребности (в пище, тепле и т. п.), либо потребность в общении.

Косвенно это положение подтверждается и опытом организации и функционирования детских больниц, детских домов и интернатов. Еще Р.Шпицем было показано, что в подобных учреждениях ребенок страдает не только и не столько от плохого питания или плохого медицинского обслуживания, сколько от специфических условий, один из существенных моментов которых — бедная стимульная среда.

Описывая условия содержания детей в одном из приютов, Р. Шпиц отмечает, что дети постоянно лежали в стеклянных боксах до тех пор, пока им не исполнялось 15—18 месяцев, они не видели ничего, кроме потолка, так как боксы были задрапированы занавесками. Движения детей были ограничены не только постелькой, но и вдавленным углублением в матрасе. Игрушек было крайне мало.

Последствия такого сенсорного голода, если их оценивать по уровню и характеру психического развития ребенка, сравнимы с последствиями глубоких сенсорных дефектов. Например, Б.Лофенфельд установил, что по результатам развития дети с врожденной или рано приобретенной слепотой сходны с депривированными зрячими детьми (детьми из закрытых учреждений). Это проявляется в виде общего или частичного запаздывания развития, возникновения некоторых двигательных особенностей и особенностей личности и поведения.

Другая исследовательница, Т.Левин, изучавшая личность глухих детей с применением теста Роршаха, обнаружила, что характеристики эмоциональных реакций, фантазии, контроля у таких детей также сходны с аналогичными особенностями детей-сирот из учреждений.

Таким образом, обедненная среда отрицательно влияет на развитие не только сенсорных способностей ребенка, но и всей его личности, всех сторон психики. Конечно, развитие ребенка в условиях детского учреждения — явление очень сложное; сенсорный голод здесь выступает лишь одним из моментов, который в реальной практике невозможно даже вычленить и проследить его влияние. Однако депривирующее воздействие сенсорного голода сегодня можно считать общепризнанным. Вместе с тем, современные исследования показывают, что полноценная забота о ребенке может в значительной степени компенсировать последствия проживания в обедненной информационной среде. В исследовании английских психологов Рами и Рами, проведенном в 1992 г. сравнивались две группы детей. В обеих группах дети росли в примерно одинаково бедной сенсорной и информационной среде. Но в одной из групп о младенцах полноценно заботились окружающие взрослые, а в другой нет. Исследователи показали, что по прошествии нескольких лет дети первой группы имели существенно более высокие показатели интеллектуального развития, чем дети второй группы (по Д.Майерс, 2001).

В каком возрасте влияние сенсорной депривации на психическое развитие ребенка максимально?

Некоторые авторы считают, что критическими являются самые первые месяцы жизни. Так, И.Лангмейер и 3.Матейчек отмечают, что младенцы, воспитывающиеся без матери, начинают страдать от отсутствия материнской заботы, эмоционального контакта с матерью лишь с седьмого месяца жизни, а до этого времени наиболее патогенным фактором является именно обедненная внешняя среда (1984).

По мнению известного итальянского психолога и педагога М.Монтессори, наиболее сензитивным, критическим для сенсорного развития ребенка является период от двух с половиной до шести лет (2000).

Существуют и другие точки зрения, и, по-видимому, окончательное научное решение вопроса требует дополнительных исследований. Однако для практики следует признать справедливым, что сенсорная депривация может иметь отрицательное воздействие на психическое развитие ребенка в любом возрасте, в каждом возрасте по-своему. Поэтому для каждого возраста следует специально ставить и особым образом решать вопрос о создании разнообразной, насыщенной и развивающей среды.

Необходимость создавать в детских учреждениях сенсорно насыщенную внешнюю среду, признаваемая в настоящее время всеми, на деле нередко реализуется прямолинейно, примитивно, однобоко и неполно. Иногда из самых лучших побуждений, борясь с унылостью и однообразием обстановки в детских домах и школах-интернатах, стараются максимально насытить интерьер разными красочными панно, картинками, выкрасить стены в яркие цвета, создать звуковой фон, когда на всех переменах, в свободное время звучит громкая, бодрая музыка. Но это способно устранить сенсорный голод лишь на самое короткое время. Оставаясь неизменной, подобная обстановка в дальнейшем все равно к нему приведет. Только в данном случае это произойдет на фоне значительной сенсорной перегрузки, когда соответствующая зрительная стимуляция буквально будет «бить по голове». Еще Н. М. Щелованов предупреждал о том, что созревающий мозг ребенка особенно чувствителен к перегрузкам, создающимся при длительном, однообразном влиянии интенсивных стимулов.

Таким образом, как видим, даже окраска стен и оформление интерьера оказываются чрезвычайно сложным и тонким делом, если рассматривать их в контексте проблемы сенсорной депривации. Хорошо, если этот момент осознается работниками соответствующих детских учреждений. Опишем в этой связи свои впечатления от посещения в 80-е годы ХХ века детских диагностических домов в двух городах Чехословакии — Праге и Братиславе.

В то время в этой стране детский диагностический дом был учреждением, куда попадали трудные дети, большей частью оставшиеся без попечения родителей, для уточнения медико-психолого-педагогического диагноза и решения затем вопроса о том, где в дальнейшем лучше жить и воспитываться ребенку: в специализированном семейном или обычном детском доме, в учреждении для детей с трудностями поведения, в семье и массовой школе. В диагностическом доме дети проводили от полутора до двух месяцев.

Оба диагностических дома, в которых мы побывали, были во многом схожи. Однако нас поразило резкое различие оформления их интерьеров. В Праге все стены были буквально увешаны цветами, картинами, поделками детей, в каждой комнате мебель стояла по-своему, были разного цвета занавески, покрывала. В Братиславе, напротив, все комнаты были одинаковыми, мебель расставлена так, как каждый из нас хорошо знал из своего опыта пребывания в пионерских лагерях,— кроватка, тумбочка, кроватка, тумбочка и т. п.; на неброско окрашенных стенах в каждой комнате казенно висел один эстамп. Из беседы с директорами и воспитателями обоих этих учреждений мы поняли, что в этих различиях проявилось разное понимание значения интерьера для воспитания.

В Праге концепция звучала так: «Мы хотим, чтобы наш дом был похож на обычный семейный дом, чтобы было уютно, чтобы каждая комната была иной, чем остальные, чтобы дети научились сами заботиться о красоте и уюте. Все это им пригодится потом в жизни, да и здесь они не будут уставать от однообразия обстановки».

В Братиславе подход был иным: «Дети живут у нас не больше двух месяцев. Потом большинству из них предстоит воспитываться в обычных детских домах и интернатах, где обстановка страшно унылая. Если здесь они привыкнут к яркому и красивому интерьеру, в дальнейшем им будет очень трудно. А мы хотим, чтобы им было хорошо именно потом и чтобы они не страдали, постоянно вспоминая пребывание в нашем диагностическом доме».

Мы приводим этот пример для того, чтобы показать, насколько важно основательно, серьезно относиться к оформлению среды обитания ребенка в детском учреждении, учитывать его значение для психического развития, для всей жизни. Не станем обсуждать здесь, какая из двух концепций представляется нам более правильной. Отметим лишь, что в обоих случаях признается принципиальная важность богатства среды, но когда, где и в какой мере, в каких именно формах разворачивать это богатство — все это в каждом отдельном случае требует специальной проработки.

Говоря, например, о нашей многонациональной стране, следует, в том числе учитывать национальные традиции, различия в представлениях о красоте. И то, что идеально в детском доме Москвы или Санкт-Петербурга, может оказаться чрезмерно бледным, сухим и лаконичным для детского дома в Татарии или Дагестане. Важен и возраст детей, и время пребывания — находится ли он в таком учреждении относительно небольшое время или живет там постоянно, и особенности их психоневрологического статуса.

Не можем удержаться от упоминании о дискуссии о том, в какой обстановке должен расти и воспитываться гиперактивный ребенок. Сторонники одной позиции полагают, что поскольку таких детей отличает полевое поведение и они бурно реагируют на любой попадающий в их поле внимания объект, то их среда обитания должна быть предельно упрощена, — чем меньше предметов, в частности игрушек их окружает, чем менее насыщена и разнообразна цветовая гамма, чем меньше звуков, запахов и т.п. — тем лучше. Сторонники противоположной точки зрения, напротив, полагают, что обеднять среду ни в коем случае нельзя, потому что для ребенка, привыкшего находиться в такой бедной среде, любое столкновение с полноценным раздражителем может оказаться патогенным (а этого в жизни практически невозможно избежать). Представьте себе, что ребенок, растущий в таких сенсорно скудных условиях, в ясный солнечный день выходит на улицу и видит девушку в ярко-красной куртке, которая едет на ярко-синем велосипеде и что-то громко кричит.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *