Приятие или принятие?

Приятие или принятие?

Приятие

Техника свидетельствования: Цели и желания существуют во мне, как и в других. Так их и принимая, позволь им трансформироваться. Источник — Эзотерика. Живое Знание

Эта техника может оказаться очень полезной. Когда вы в гневе, вы всегда оправдываете свой гнев, но когда кто-то другой гневается, вы всегда осуждаете его. Ваше безумие естественно, а безумие других является извращением. Все, что бы вы ни делали, является добром, а если и не добром, то необходимостью. Вы всегда находите разумное объяснение для своих действий.

То же самое делают и другие, но тогда даются другие объяснения. Если вы сердитесь, то вы говорите, что это необходимо, чтобы помочь другому. Если вы не будете сердиться, этот другой будет испорчен, он приобретет плохую привычку, так что хорошо бы наказать его. Это только для его же пользы. Но когда кто-то сердится на вас, те же самые объяснения неприменимы. Тогда он безумец, он дьявол.

Мы имеем двойные стандарты — одни стандарты для себя, другие для всех остальных. Этот ум с двойными стандартами всегда в глубоком страдании. Этот ум не является справедли­вым, а пока ваш ум не будет справедливым, вы не сможете иметь представление об истине. Только справедливый ум может отбро­сить этот двойной стандарт.

Иисус говорит: «Не делайте другим того, что бы вы не хотели, чтобы делали вам». Это означает, что необходим один и тот же стандарт. Эта техника построена на идее о едином стандарте: Цели и желания существуют во мне, как и в других… Вы не исключение, хотя все думают, что они являются исклю­чениями. Если вы думаете, что вы исключение, то знайте, что это именно то, что думает каждый заурядный ум. Знание о том, что вы являетесь обыкновенным, является самой необыкновен­ной вещью в мире.

Кто-то спросил Судзуки о его учителе: «Что было особенно­го в вашем учителе, Судзуки?» Судзуки был дзэнским мастером, поэтому он ответил: «Единственная вещь, которую я никогда не забуду, это то, что я никогда не видел человека, кто думал бы о себе как о совершенно обыкновенном человеке. Он был просто обычным человеком, а это наиболее необычно, потому что каждый обыкновенный ум думает, что он необыкновенный, исключительный».

Но никто не является экстраординарным, и если вы знаете это, то вы становитесь экстраординарным. Каждый подобен всем остальным. Те же самые желания, которые парят вокруг вас, парят и вокруг всех других. Но вы называете свой секс любовью; любовь других людей вы называете сексом. Вы защищаете все, что бы вы ни делали. Вы утверждаете, что это хорошо. Именно поэтому вы и делаете это, но те же самые вещи, которые делают другие люди, не являются теми же самыми…

Никто не является особым! Религиозный ум знает, что все одинаковы, так что, если вы даете оправдание своим действиям, то, пожалуйста, давайте такие же точно обоснования и действиям других. Если вы критикуете других, то применяйте ту же самую критику и к себе. Не создавайте двух стандартов. Единый стандарт тотально трансформирует вас, потому что при едином стандарте вы станете справедливыми и в первый раз сможете посмотреть непосредственно на реальность, как она есть. Цели и желания существуют во мне, как и в других. Так их и принимая, позволь им трансформироваться.

Примите их, и они будут трансформированы. Что мы делаем? Мы принимаем, что они существуют и в других. Все, что неправильно, существует в других; все, что правильно, сущес­твует в вас. Тогда как же вы сможете быть трансформированными? Вы уже трансформированы. Вы думаете, что вы уже хороши, а все другие плохи; в трансформации нуждается весь мир, а не вы. Вот почему в мире всегда так много лидеров, движений, пророков. Они все время кричат с крыш и призывают изменить мир и совершить революцию, и мы делаем одну революцию за другой, но ничего не меняется.

Человек остается тем же самым, и земля остается в том же самом страдании. Меняются только маски и ярлыки, а страдания продолжаются. Вопрос не в том, как изменить мир. С миром все в порядке; беспорядок царит в вас. Вопрос состоит в том, как изменить самого себя.

Вопрос «Как изменить самого себя?» является религиоз­ным; вопрос «Как изменить всех остальных?» является полити­ческим. Но политик думает, что с ним все в порядке; он, в действительности, является моделью того, каким должны быть все. Он является моделью, он идеал, это именно он должен изменить весь мир. Все, что бы ни видел религиозный человек в других, он видит также и в себе. Если он видит насилие, он тут же задается вопросом, есть в нем насильственность или нет. Если он видит алчность, то его первой реакцией на это является вопрос о том, является он сам алчным или нет. И чем больше он ищет, тем больше он обнаруживает… Тогда не возникает вопрос, как изменить весь мир; возникает вопрос, как изменить самого себя. И изменения начинаются в тот момент, когда вы принимаете единый стандарт. Тогда вы уже изменяетесь.

Не осуждайте других. Я не имею в виду, что надо осуждать себя — нет! Просто не осуждайте других. И если вы не осуждаете других, то вы будете испытывать к ним глубокое сострадание, потому что вы понимаете их проблемы…

Неосуждающий ум будет иметь сострадание; неосуждающий ум будет иметь глубокую степень приятия. Он знает, каким является человечество, и каким является он сам. Тогда весь мир будет отражением его самого. Он станет зеркалом. Тогда каждое лицо станет для вас зеркалом; вы будете видеть в каждом лице самого себя.

Цели и желания существуют во мне, как и в других. Так их и принимая, позволь им трансформироваться. Приятие означает трансформацию. Это трудно понять, потому что мы все отверга­ем, и тогда мы ничего не можем трансформировать. В вас есть алчность, но вы отвергаете ее. Никто не желает думать о себе как об алчном человеке. Вы сексуальны, но вы отвергаете это. Никто не хочет чувствовать себя сексуальным. Вы сердиты, вами овладевает гнев, но вы отвергаете его. Вы создаете фасад, и вам нужно подтвердить его. Вы никогда не почувствуете, что вы гневаетесь или что вы являетесь гневом.

Но неприятие никогда ничего не трансформирует. Оно просто подавляет, и то, что подавляется, становится еще боле сильным. Оно движется к вашим корням, к вашему подсозна­нию глубоко внутри вас, и оттуда оно начинает функционировать. И действуя из этой темноты подсознания, оно становится более сильным. Теперь вы не можете его принять, потому что вы даже не осознаете его. Приятие все выводит на поверхность. В подавлении нет никакой необходимости.

Вы знаете, что в вас сидит алчность, вы знаете, что вы гневливы, вы знаете, что вы сексуальны, и вы принимаете все это как естественные факты без какого-либо осуждения. Нет никакой необходимости подавлять их. Они выходят на повер­хность ума, а с поверхности ума они легко могут быть отброшены. Из глубокого центра они не могут быть выброшены. И, кроме того, когда они на поверхности, вы все время осознаете их, а когда они в подсознании, то вы перестаете осознавать их. Но болезнь, которую вы осознаете, может быть излечена; болезнь которую вы не осознаете, излечить невозможно.

Поднимите все на поверхность. Примите свои человеческие свойства, свои животные свойства. Примите без осуждения все, что в вас есть. Оно есть, поэтому осознайте его. Алчность здесь не пытайтесь сделать ее не-алчностью. Вы не сможете этого сделать. И если вы попробуете сделать алчность не-алчностью то вы просто подавите ее. Ваша не-алчность будет просто другой формой алчности и больше ничем. Не пытайтесь изменить ее, нечто другое — у вас это не получится. Если вы захотите изменить алчность, что вы будете делать? Алчный ум может быть привле­чен к идее не-алчности только в том случае, если в результате будет получено нечто, соответствующее запросам алчности. Если кто-то скажет: «Если вы оставите все свои богатства, то вам позволено будет войти в Царство Божье», то вы можете даже отказаться от всего. В будущем ваша алчность будет удовлетво­рена. Это сделка.

Алчность не может превратиться в не-алчность. Вы не можете изменить ее. Алчность нужно осознать.

Как может насильственный ум стать ненасильственным? Если вы заставите себя быть ненасильственным, то это будет насилие над самим собой. Вы не можете превратить одно в другое, вы можете просто осознать и принять. Принимайте алчность такой, какая она есть. Приятие не означает, что нет необходимости трансформировать ее. Приятие означает лишь то, что вы принимаете факт, естественный факт. Тогда двигай­тесь в жизнь, зная, что в вас имеется алчность. Делайте все, что вам вздумается, но помните, что в вас имеется алчность. Это осознание того, что в вас есть, трансформирует вас. Это тран­сформирует вас, потому что, осознавая, вы не сможете быть алчным, осознавая, вы не сможете гневаться.

Ваша неосознанность питает ваш гнев, ваше насилие, вашу алчность. Осознавая, вы не можете принять яд, осознавая, вы не можете сунуть руку в огонь. Не осознавая, вы можете сунуть руку в огонь. Если вы не знаете, что такое огонь, что такое пламя, то вы можете сунуть руку в него. Но если вы знаете, что огонь обжигает, вы не будете прикасаться к нему.

Чем больше возрастает ваша осознанность, тем в большей степени алчность становится пламенем, тем в большей степени гнев становится ядом. Они становятся просто невозможными. Они исчезают без всякого подавления. И когда алчность исчезает без всякого идеала не-алчности, это прекрасно само по себе. Если насилие исчезает без того, чтобы делать вас ненасильственным, то это прекрасно само по себе.

В противном случае ненасильственный человек в глубине своей является насильственным. Эта насильственность скрыта, но вы можете получить о ней представление из его ненасильственности. Он будет навязывать эту ненасильственность себе и другим весьма насильственным способом. Эта насильственность является менее видимой. Эта сутра утверждает, что приятие является трансформацией, потому что благодаря приятию ста­новится возможной осознанность.

Ошо Раджниш (Вигьяна Бхайрава Тантра)

LiveInternetLiveInternet


Очевидно,что многие из нас еще не прошли уроки принятия,а уж приятия -тем более!
Без прохождения этих уроков,этого опыта -дальнейшая эволюция человека -невозможна!

ПриНятие- мир наш, плотный. ПриЯтие- мир Духа.
ПриЯ мы все понимаем и не судим, а вот ПРИНЯТЬ даже при этом чье то садистское, хамское поведение- извините.
Что такое принятие? Принятие, видение реальности настолько ясно, насколько это возможно, помогает нам жить полной жизнью и видеть мир, не оперируя суждениями, абсолютизмами и крайними оценками. Здесь не имеется в виду, что мы удовлетворены событиями/ситуациями, или что мы смиряемся с ними. Принятие это видение нас самих, событий, чувств, мыслей, импульсов, других людей и мира глазами не замутненными критиканством, наблюдения без каких либо требований от нас самих или мира, что бы они были чем то отличным от того, чем они являются на самом деле. В принятии прочь отбрасываются фильтры и ярлыки.
Ясность мышления и принятие связаны напрямую. Наращивая одно вы увеличиваете и другое.
Осуждение и выискивание промахов тоже является непринятием.
Стив Менсинг.
Принятие — это различение и начало или шаги к Приятию. Парадокс в том, что первые шаги могут случиться через Знание. Принятие — понимание, что все что происходит происходит самой Жизнью, Жизнь сделала вас, Жизнь живет и пробивается через вас, а не вы создали Жизнь, Космос и Живете ею. Жизнь живет вами.
Бог ищет возможности соприкоснуться с СОБОЙ через ЭТОТ организм тело-ума. Бог потерял себя в Вас, ищет себя, чтобы найти СЕБЯ.
То, что вы не можете принять — это то в вас, что не может принять, это общественные догмы влитые в вас и вливаемые посредством Знания в ваше ТЕЛО-УМ. Это то вложенное воспитание через вас, и оно не может принять. Так оно устроено, так Знание Ограниченно, так вы им напичканы.
Постарайтесь честно посмотреть на это: вы ли движете общественными мнениями и привычками? Или общественные привычки движут вашими представлениями, чувствами, мыслями и умом. И Вашими ли?))) Ваши ли то представления?))
Почувствуйте это различение во всем, во всем, что происходит вокруг и внутри вас. Все это куда-то движется. Либо чтобы вы Приняли либо чтобы вы соприкоснулись с тем НЕ ПРИЯТИЕМ, которое состоит из кусочков что слепило в вас общество, идеи людей, догмы. (НЕ ПРИЯТИЕ — это очень хороший повод увидеть — «ВАШИ» Знания)
http://advaitaworld.com/blog/29602.html#cut
И еще очень понравилось:
КАК Я ПОНИМАЮ ПРИНЯТИЕ
Представь себе: ты солдат на передовой, и ты окружен злыми врагами. Ты ясно сознаешь, что сражение было проиграно еще до того, как успело начаться. Что у тебя никогда не было и малейшего шанса выйти отсюда живым и невредимым. Патроны кончились, винтовка брошена на дно окопа. И вот тогда ты встаешь и поднимаешь руки. Не так, как это сделал бы бригадный генерал, надеясь на почетное заключение в пятизвездночной камере. А как солдат, как пушечное мясо. Тебя могут пристрелить как собаку прямо здесь, могут расстрелять после скорого суда, могут швырнуть в лагерь, избить и унизить. Могут покалечить на всю жизнь. У тебя нет никакой надежды. И выбора тоже нет. И тогда ты просто встаешь и поднимаешь руки. Ты смотришь в глаза твоих врагов, готовых уничтожить тебя. Это страх, это гнев, это зависть – это целое злое полчище, которому ты проиграл Битву твоей Жизни. И ты поднимаешь руки. Ты знаешь: лучше не будет. Они не повесят тебе на шею гирлянду из роз. Скорее они повесят тебя. Ты не готов к такому повороту, но у тебя нет выбора. Тот, кто «выбирает» — просто один из врагов. Вон тот, третий слева. А где же ты?
Пока ты «практикуешь» Принятие – ты все еще сжимаешь в окоченелых руках винтовку без патронов. Ты представляешь себе, как ты выйдешь к ним, и они не сделают тебе ничего плохого. Но они ведут по тебе беспрерывный огонь. Выхода нет.
Однажды тебе придется все-таки поднять руки. Вернее, они поднимутся сами. Когда ты оглохнешь от выстрелов и остолбенеешь от страха. Когда твои штаны намокнут от жидкого дерьма.
Просто перестань верить в том, что эта гнилая свора за бруствером станет тебя жалеть. Они съедят тебя живьем. Ты сдохнешь как пес, очнись!
И вот тогда все случится само собой. Я думаю, это будет самый паршивый день в твоей жизни.
Просто однажды вся твоя вера в благополучный исход лопнет как мыльный пузырь.
Но пока ты еще в окопе, — молись, чтобы это случилось с тобой как можно скорее.
Пока не умер.
http://advaitaworld.com/blog/27091.html#cut

Ресурс, который поможет выйти из тяжелого самочувствия

Наверное почти у каждого из нас происходили события, которые было очень тяжело пережить, может они даже приводили нас в состояние шока или на время парализовали. Возможно, кто-то именно сейчас переживает депрессию, когда жизнь кажется тусклой и невыносимой.

В таких ситуациях очень важно суметь найти в себе мужество идти дальше, к лучшим изменениям даже тогда, когда боль переполняет нас изнутри. Для того, чтобы сделать первый шаг к выходу из тяжелого самочувствия, нужно понять что такое Сила Принятия и как благодаря ей можно стать действительно счастливым человеком во всех сферах жизни.

Когда мы не признаем какой-то факт или событие своей жизни, то как будто вытесняем его за пределы сознания и делаем вид, что оно не существует и никак не влияет на нашу жизнь. И какое-то время, когда первый шок слишком силен, это может стать стратегией выживания.

В тот момент, когда мы принимаем решение двигаться дальше и менять свою жизнь к лучшему, важно честно ответить самому себе на вопрос: «Что происходит в моей жизни?».

Принятие того, что «все не так, как хочется» — это первый шаг для движения к мечте.

В нашей жизни сила принятия может проявляться в четырех аспектах.

Четвертое – принятие дара жизненного опыта

С каждым человеком случается нечто, что вызывает протест, ярость, когда хочется бросить вызов судьбе и крикнуть прямо в небо: «Почему это происходит со мной? ЗА ЧТО?!».

В таких ситуациях важно включать принятие своего жизненного опыта. Все события жизни чему-то нас учат. И в каждом событии мы получаем некоторый жизненный урок. У каждого эти уроки индивидуальны. Но то, что нас объединяет – так это тот факт, что свою человеческую мудрость и силу мы получаем, преодолевая препятствия, справляясь с испытаниями, делая трудные выборы. Именно так Душа учится и приобретает ценный опыт.

Любое внутреннее развитие стимулируется сложностями и кризисами.

Один из способов преодоления препятствий – это принятие дара жизненного опыта.

Я принимаю это испытание достойно. И я принимаю ценность того опыта, который оно мне дало. Благодаря этому событию я стал тем, кто я есть сейчас. Это событие позволило мне…

Сила принятия – мощный внутренний ресурс, который позволяет достойно выходить из любых испытаний и справляться со стрессом. Практика и постоянные тренировки позволяют выработать в себе совершенно особенное отношение к миру.

Все в мире происходит наилучшим для меня образом.

Люди с такой позицией чаще видят благоприятные возможности и чаще переживают радость и внутреннюю гармонию.

Принятие чувств. Терапевтическая притча

Наша память устроена удивительным образом. Часто мы не можем вспомнить что-то очень важное, срочное. Часто не можем забыть то, что хотелось бы вычеркнуть навсегда. Мы забываем и вспоминаем. Храним в нашей памяти цифры, даты, события. Мы помним, что произошло и когда.

Детали, порой совсем не значащие, сидят в нашей памяти. По этим незначительным деталям мы можем вспомнить почти целиком событие. Почти целиком, почти точно, почти наверняка. Эти детали как шляпки гвоздей указывают места крепления одних событий с другими. Порой самых разнообразных событий, произошедших в разное время, в разных условиях и обстоятельствах. Не имеющих, казалось бы, ничего общего между собой.

Наша память разборчива и капризна. Хранит она всё, но делится выборочно. Мы умеем ходить, но не помним процесс обучения.

Мы помним запахи и звуки. Мы помним ощущения и чувства. Мы помним боль, обиды, страх. Мы можем вспомнить событие и чувство. И этого достаточно, чтобы вновь пережить то, что врезалось в память.

Мы связываем разные события по схожести чувств. Что-то становится ярче с годами, что-то тускнеет, едва уловимым становится. Это меняются чувства, меняется восприятие, меняется память.

Мимолётное может стать важным и ярким. Сильнейшие переживания могут стать столь незначительными, поменять огорчение на снисходительность. Мы можем смеяться, вспоминая то, что было когда-то трагичным. Мы можем печалиться о прошлом веселье и радости.

Наши чувства меняются, корректируя память. Также как память меняется, корректируя чувства. Мы что-то забываем, как бы не старались вспомнить. Мы что-то помним, как бы ни старались забыть.

Мы привыкли не доверять своей памяти. Она не надёжна. Мы не привыкли доверять своим чувствам, их невозможно проверить.

Одно и то же событие каждый из нас воспринимает по-разному. По-разному и запоминает.

Разные чувства, у каждого свои. Нет одинаковых чувств, нет одинаковой памяти.

На память можно надеяться, а чувствам стоит просто верить, доверять. И то, и другое только твоё. Только тебе принадлежит, только тебе подчиняется и служит.

Жил на свете заяц. Он немного заикался и очень сильно переживал по этому поводу. Ему казалось, что все замечают его заикание, непременно будут смеяться над ним, обсуждать и осуждать его.

Поэтому он старался поменьше общаться, чтобы не показывать свой, как ему казалось, дефект. При этом заяц был умён, красив, энергичен. Он обладал природной смекалкой, решительностью, отвагой и волей. Но всё своё внимание концентрировал на том, что он заикается и потому не может общаться. Жил в нём страх общения. Страх непонимания. Сомнение в себе. Страх, что его не поймут.

Он был уверен, что его необщительность не позволит заводить новые знакомства и новых друзей. Ведь с друзьями надо разговаривать, полагал заяц. Как больно быть одиноким, как страшно быть одному.

Говорить заяц старался как можно меньше и реже. Но это ещё больше усиливало его страх к общению. Он даже стал считать себя неудачником, раз так боится общаться.

Тем не менее, другие звери не замечали его заикания, зато отмечали его острый ум, живые весёлые глаза и, главное, умение слушать и слышать. Понимать, сопереживать, сочувствовать.

Он действительно старался больше слушать, просто, чтобы меньше говорить. И научился слушать просто великолепно.

Это было редкостью в лесу. Обычно каждый старался высказаться. Рассказывать казалось важнее и интереснее. Слушать было некому.

Постепенно к зайцу стали приходить другие звери и рассказывать ему свои истории. Заяц всегда внимательно слушал. Улыбался своей светлой открытой улыбкой. Смотрел понимающим взглядом своих чистых, умных глаз. Его длинные ушки чуть подрагивали, и, казалось, что он кивает. Как бы соглашаясь, подбадривая говорящего. Это создавало ощущение понимание и принятия, что особенно было привлекательным.

Звери были уверены, что заяц очень мудрый и может дать дельный совет, понять и объяснить. Они всё чаще обращались к нему за советом, за помощью, за поддержкой.

Хотя заяц почти ничего не говорил, но это и не требовалось. Достаточно было его внимательного слушания, искреннего стремления понять. Достаточно было его молчаливого понимания и принятия.

Так продолжалось и продолжалось. Звери приходили и разговаривали с зайцем, а он их внимательно слушал, а главное — слышал. Во всяком случае, именно так всем и казалось. Он никогда не был равнодушным. Обладая природной восприимчивостью, тактом, живым умом и желанием делать добро, заяц снискал к себе уважение.

Постепенно заяц стал уважаемым даже среди хищников. Они также приходили к нему со своими историями. Никогда не обижали его, относились к нему с уважением и даже с почтением.

Иногда, не часто, заяц произносил короткие фразы, отвечая на явно поставленные вопросы. Звери внимательно слушали его ответы и совершенно не замечали, что заяц слегка заикается. Он действительно немного заикался, но никто кроме него самого не знал и не замечал этого.

Постепенно заяц начал разговаривать всё больше, но совсем не много. Он по-прежнему предпочитал слушать и понимать. Понимание было искренним, звери чувствовали это и были ему очень благодарны.

День за днём, год за годом, заяц жил одиноко в своей норе. Он даже не сразу заметил, что рядом всегда находились другие звери, его друзья. Постепенно, у него накопилось много друзей, ведь он умел слушать и никому не отказывал в своей помощи. Не отказывал в том, что составляло его предназначение. В том, что у него так хорошо получалось, и от чего он получал истинное наслаждение и радость.

Он жил своей жизнью. Неуверенность в себе потихоньку совершенно незаметно для него стала проходить. Он уже не избегал общения. Ведь ему это доставляло радость и удовольствие. Он видел, что помогает другим, и они нуждаются в его помощи и поддержке. Это приносило в его жизнь спокойствие, уверенность, наполненность, целостность.

Время шло, заяц уже начал забывать, что когда-то так боялся общения, что предпочитал отсиживаться в своей норе. Ему было смешно вспоминать то время, когда он, красивый, умный, талантливый, мог переживать, что не может общаться. Теперь общения было в достатке. Иногда он даже немного уставал от этого. У него появилось очень много друзей. Его авторитет был высок. Он был уважаемым, но никогда не гордился этим, оставаясь тем самым скромным, весёлым, доверчивым, доброжелательным, каким и был всегда.

Его заикание прошло полностью. Он и не заметил, как и когда это случилось. Просто однажды поймал себя на мысли, что совершенно не боится разговаривать, отвечать на вопросы. Он прислушался к своему голосу и не нашёл даже признаков заикания.

«Неужели я когда-то заикался? Может быть, этого никогда и не было? Ведь никто и никогда не говорил мне, что я заикаюсь. Я просто знал это и верил, что заикаюсь. Почему же тогда никто другой этого не замечал? Почему никто не обращал на это внимания? Никто, кроме меня самого. Был ли я заикой, или мне это только казалось? Может быть я просто придумал это заикание, скрывая свой страх общения. Придумал причину кормить свой страх. Сам усиливал его, умножал.

Я нашёл, быть может, просто придумал, в себе еле заметную кривизну и сам, именно сам, стал упорно усиливать её. Мне даже нравилось это занятие. Копаться в себе, в своих мнимых изъянах, куда как интереснее, чем решать насущные вопросы и задачи.

Постепенно крохотная кривизна превращается в дугу, весьма ощутимую, особенно для меня самого. Теперь совершенно очевидно, что это действительно изъян. Своими усилиями, продолжая гнуть свою линию сопротивления настоящему, объективному, я только увеличивал кривизну.

Так могло продолжаться до тех пор, пока я сам, по собственной воле, не замкну её в круг или не сломаю ей свою жизнь.

К счастью, я начал меняться. Я отпустил на волю свои чувства, и они незаметно, спокойно и уверенно, повинуясь не известным мне законам и силам, начали действовать.

Я просто перестал сопротивляться. Принял то, что происходит, доверился своему высшему разуму. Я просто поверил в себя. В того себя, что находится глубоко внутри моего сознания. Перестал обращать внимание на сиюминутные поверхностные всплески. Я доверился глубине и мощи тех, глубинных, истинных течений своей жизни. И они вынесли меня на поверхность, к солнцу, к свободе, к радости жизни. Как же я благодарен своей интуиции.

Впрочем, это уже не важно.

Нет никакой необходимости копаться в прошлом. Оно уже не вернётся. Никогда не вернётся. Я стал иным. Точнее тем, кем был изначально, до появления этого страха. Я просто избавился от того, что было не моё. Возможно, мне это кто-то внушил, возможно, это я сам и придумал этот страх.

Сейчас это не важно. Не важно, что было. Важнее, что есть. Что происходит сейчас. В каждую минуту моей жизни. Здесь и сейчас».

Так рассуждал заяц в минуту своих раздумий и воспоминаний. Эти мысли приходили к нему редко. Было много всего значительно более интересного, нового, зовущего вперёд, к неизведанному. Стоит ли ходить по старым тропам, блуждая и путаясь в своих прошлых страхах, неуверенности, обидах. Всё это в прошлом. Далёком прошлом.

Настоящее, светлое и прекрасное, тихое и спокойное, уверенное и безмятежное, плавно струится течением моей жизни, покачиваясь на волнах событий. Эти события жизни случались, развивались и исчезали. Их сменяли новые события. Всё течёт и меняется. Откуда-то появляются и как-то сами собой реализуются желания. Появляются новые. Жизнь стремится к свободе и солнцу.

Так наладилась заячья жизнь. Он жил без страха и гордости. Без сомнений и переживаний. Наслаждаясь каждой минутой своего существования. Обретя спокойствие и уверенность в себе, заяц не переживал своё прошлое, не печалился о будущем.

Он просто жил, повинуясь той неизвестной внутренней силе, которую он всегда чувствовал, но теперь ей полностью доверял. Ведь она, эта сила, доказала свою мудрость и доброжелательность.

Он принял её всем своим существом и уже не сомневался в себе, в своих достоинствах. Сомнения и неуверенность в себе были в прошлом, далёком, почти забытом прошлом.

Разумеется, он уже не считал себя неудачником. Но и гордиться собой ему не приходило в голову. Он просто жил и наслаждался самой жизнью. Оставаясь на своём пути, пути своего предназначения. И это вселяло в него силу и уверенность.

Однажды вечером он возвращался домой, в свою небольшую, уютную нору. Солнце уже коснулось верхушек деревьев. Наступало то мгновение, когда день стряхивает с себя тёплую пыль дневного зноя, передавая свои полномочия живительной прохладе и свежести ночи.

Наступало время ярких перемен, обновления, перезагрузки. Настоящее здоровалось с будущим, становясь уже прошлым. Чтобы вновь стать настоящим и будущим, обновлённым, ярким и светлым.

Заяц шёл, любуясь закатом, тихонько напевая свою любимую песенку. Он ни о чём не думал, ничего не обдумывал, просто шёл по знакомой тропе, радуясь уходящему дню и наступающему вечеру. Спокойно и уверенно, твёрдо зная, что всё будет хорошо.

Не сразу заяц заметил небольшое шевеление в кустах. Он остановился и уже услышал какие-то непонятные звуки. Повинуясь, скорее, своему природному инстинкту приходить на помощь, заяц направился к кусту, за которым слышались звуки.

То, что он увидел за кустом, его несколько озадачило. На траве, свернувшись в комочек, лежал серенький зайчик и тихонько всхлипывал. Это было для него так необычно. Необычно, что кто-то плачет, кому-то плохо, не уютно на этой чудесной земле в этот прекрасный тёплый вечер.

Заяц подошёл поближе и смог рассмотреть, что это всхлипывала от какого-то горя молодая зайчиха. Она испуганно смотрела на него своими покрасневшими от слёз глазами. Дыхание её было прерывистое, она дрожала, поджимая под себя свои серые лапки.
Заяц не знал, чем он может ей помочь. Он умел только слушать, но зайчиха ничего не могла сказать. Она только всхлипывала и смотрела на зайца своими полными слёз глазами.
Он не стал ничего спрашивать, выяснять, просто осторожно взял её за лапку и прижал к своей тёплой щеке. Прошло немного времени, и зайчиха стала успокаиваться. Она узнала зайца. Того самого зайца, что считался самым мудрым в округе.
Он помог ей подняться и, поддерживая за лапку, повёл за собой.

Не задумываясь, что он делает и зачем, повинуясь всё той же внутренней силе, он привёл зайчиху в свою нору, усадил в кресло и укрыл пушистым пледом.

Зайчиха уже перестала плакать, успокоилась и даже слегка улыбалась. Ей было тепло и уютно в мягком широком кресле под пушистым пледом.

Заяц приготовил чай, достал варенье, фрукты и ловко накрыл небольшой низкий столик у самого кресла, в котором оттаивала зайчиха.

Сам устроился в кресле напротив, налил в чашки липовый чай с шиповником и молча подал одну чашку зайчихе.

Он всё делал молча. Не задавал вопросов, не успокаивал и не давал советов. Он умел слушать и ждать, понимать без слов. Он умел чувствовать.

Постепенно зайчиха полностью успокоилась. Так они сидели друг против друга и молчали. Молчали тем пониманием, когда не нужно слов. Важнее чувства. Чувство, что тебя готовы услышать и понять. Понять и принять. Без одобрения и осуждения. Без обсуждения. Так как есть. Просто принять.

Заяц умел чувствовать. Ждать и понимать без слов. Сначала он научился чувствовать себя. Даже не понимать, но чувствовать. Затем он научился доверять своим чувствам. И только потом научился принимать свои чувства полностью, безоговорочно. Без Но и Если, без тени сомнения, повинуясь той внутренней силе, могучей и мудрой.

Принимая себя, доверяя себе, он научился принимать и чувства других. Не понимать, но принимать. Принимать и сочувствовать. Тихо, молчаливо настраиваясь на чувства другого, неизвестного и непонятного ему существа.

Понимание субъективно и категорично. Нельзя понять объективно. Учесть миллионы и миллионы постоянно меняющихся факторов, влияющих на наши чувства. Невозможно понять чужие чувства, даже очень близкого тебе существа. Чувства можно только принять, настроившись на чистый приём, без возможности обсуждения.

Чувства ярко индивидуальны, как сетчатка глаз. Бывают похожие, схожие. Бывают почти понятные, но лишь на мгновение. На миг, сверкнув своей гранью и тут же меняясь, вновь становятся недоступны для разума, для сознания и осознания.

Так и сидели они друг против друга. Пили чай и молчали. Настроившись только на приём. Не пытаясь понять, но пытаясь принять чувства друг друга. И у них получалось.

Только под утро, зайчиха поведала зайцу свою печаль. Она рассказала всё то, что заяц уже чувствовал. Но ей нужно было высказаться. Физически выговорить то, что накопилось. И она это сделала. Заяц слушал, чуть подрагивая кончиками ушей, слушал и принимал.

Так, сидя в кресле, зайчиха и уснула. Легко, безмятежно. Впервые за долгое время своих переживаний, исканий и непонимания.

Проснувшись, она долго не могла понять, где находится. У неё в душе появились совершенно незнакомые ей чувства. Чувства свободы и радость, уверенности и спокойствия, силы и благодарности.

Что-то поменялось в её душе. Что-то очень важное появилось, заменив собой страхи и неуверенность, боль и сомнения. Что-то неуловимое, тонкое, светлое, радостное. Она не могла понять, что это, но чувствовала, что понимания и не требуется. Стоит это просто принять. Принять и довериться этому чувству. Довериться той внутренней силе, которую она впервые почувствовала в себе.

Так и закончилась эта история, и началась другая. Новая, иная.

Возможно, они стали жить вместе или остались просто близкими друзьями. Возможно, они никогда больше не встретились, а, может быть, никогда больше не расставались. Это не важно.

Просто в лесу появилось ещё одно счастье, и всем стало светлее. Просто ещё одно существо нашло в себе силу и мощь. Силу и мощь своих внутренних чувств. Поверило в них, и доверилась им. Как река доверяет своим берегам и течениям. Как младенец доверяет маме. Как человек доверяет вселенной. Без тени сомнения, целиком и полностью.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *