Пример метафоры в искусстве

Пример метафоры в искусстве

LiveInternetLiveInternet

Кутергина И.Г. Использование метафор в семейной терапии (статья)

Теоретические предпосылки
Хочу поделиться некоторыми моими наработками в практике семейного консультирования, связанными с использованием такого действенного инструмента, как метафора. Но для начала немного теории.
Метафора (от греч. metajora – перенос значения слова) – один из наиболее распространённых видов тропа, в котором отдельные слова или выражения сближаются по сходству или по контрасту их значений. Метафоры образуются по принципу олицетворения, овеществления, отвлечения и т.д. Метафора придаёт речи исключительную выразительность.

Именно интерес к метафоре расширил сферу её применения и изучения, охватив разные области знания – философию, логику, психологию, нейронауки, герменевтику, разные школы лингвистики, теорию информации – и способствовал взаимодействию названных направлений научной мысли, их интеграции, следствием которых и стало формирование когнитивной науки. Метафора явилась ключом к пониманию основ мышления и процессов осознания ментальных представлений о мире. Таким образом, метафора укрепила связь сознания с логикой, с одной стороны, и с мифологией – с другой.
История философии содержит два резко противоположных взгляда на возможности использования метафор.
Английские философы-рационалисты считали, что речь в первую очередь служит для выражения мысли и передачи знания и что для выполнения этой функции пригодны лишь слова, употреблённые в их прямом смысле. Т. Гоббс называл метафоры “блуждающими огнями” и был убеждён, что пользоваться ими – значит “бродить среди бесчисленных нелепостей” (кстати, он сам не обходился без метафор). Дж. Локк считал, что образное употребление слов внушает ложные идеи и вводит в заблуждение рассудок. Многие философы, эмпирики и прагматики, придерживающиеся позитивистских взглядов, сходились на недопустимости использования метафор в научных сочинениях. Употребление метафор приравнивалось ими к совершению преступления (ср. англ. to commit a metaphor и to commit a crime).
Философы и учёные романтического склада, напротив, считали метафору единственным способом не только выражения мысли, но и самого мышления. Ф. Ницше, например, считал, что между субъектом и объектом возможно лишь эстетическое отношение, выражаемое метафорой. Поэтому побуждение человека к созданию метафор неискоренимо. Ницше подчёркивал, что познание в принципе метафорично. Без метафор мы лишаемся возможности спорить об истине, ибо, по Ницше: “Что такое истина? Движущаяся толпа метафор, метонимий, антропоморфизмов, – короче, сумма человеческих отношений… истины, иллюзии…”
Начало современным когнитивным дискуссиям о метафоре было положено публикациями цикла исследований Э.Кассирера о символических формах в культуре. Э. Кассирер обращается к этапу дологического мышления, отложившегося в языке, мифологии, искусстве, религии. В языке выражены как логические, так и мифологические формы мышления. Основу мифологических представлений о мире Кассирер ищет в метафоре. В отличие от Ницше, он различает два вида ментальной деятельности: метафорический (мифо-поэтический) и дискурсивно-логический. Дискурсивно-логический путь состоит в ряде постепенных переходов от частного случая ко всё более широким классам. Это путь формирования понятий и законов естественных наук. Метафорическое освоение мира, в свою очередь, ориентировано на качественный параметр, оно интенсивно, в отличие от экстенсивного логического дискурса. Это путь формирования мышления в гуманитарных науках.
Из тезиса о внедрённости метафоры в мышление была выведена новая оценка её познавательной функции, её суггестивность, её моделирующая роль: метафора не только формирует представление об объекте, она также предопределяет способ и стиль мышления о нём. По когнитивной функции метафоры делятся на ключевые (базисные) и побочные (второстепенные). В отличие от побочных, ключевые метафоры определяют способ мышления о мире (картину мира) или о его фундаментальных аспектах (“Что наша жизнь? Комедия страстей, а наши радости – антракты в ней”. В. Шекспир).
Метафоры, ранее изучавшиеся преимущественно этнографами и культурологами, вошли в круг интересов специалистов по психологии мышления и методологии науки. Аналогии, основанные на ключевой метафоре, вводит в свою систему автор теории фреймов (сценариев, в контексте которых изучаются предметные и событийные объекты) М.Минский. Такие аналогии дают возможность увидеть предмет или идею “с качествами” другого предмета или идеи, что позволяет применить знания и опыт, приобретённые в одной области, для решения других проблем. Метафора, по Минскому, способствует образованию непредсказуемых межфреймовых связей, обладающих большой эвристической силой.
Практический опыт
В семейной терапии мы, практические психологи и консультанты, сталкиваемся с метафорическими описаниями мира и происходящих событий, может быть, чаще всего. Во-первых, как известно, существует множество словесных метафор, описывающих семейную систему, начиная от “ячейки общества” и заканчивая “банкой с червями”. Во-вторых, во время своей работы мы имеем перед собой, как минимум, две разные картины мира, а это значит, различные вербальные и невербальные сообщения репрезентируют для нас реальные характеры людей, их ценности, ход мыслей и чувств. И, в-третьих, на наш простой, но справедливый вопрос: “Каких изменений вы хотите для себя и своей семьи?” мы получаем в ответ, как правило, бесконечное множество метафорических номинализаций, вроде “счастья”, “согласия”, “уважения”, “доверия”, “выражения привязанности” и т.д. Наша задача – расшифровать эти кодировки и привести их к общему знаменателю.
Кроме того, многие семьи сами по себе, без всяких терапевтических ухищрений, содержат много гротеска, аллегорических сравнений. Например, жена, во всем похожая на свою мать (это могут быть поведение, способности, убеждения, ценности и даже личностное своеобразие), и внешне начинает походить на нее: она может выглядеть старше своих лет, иметь специфическую походку, выражение лица, речевые обороты и др. Или если мать в семье – “синий чулок”, то ее дочь-подросток, как бы показывая ей пример, может ярко краситься, броско одеваться.
Используя этот естественный гротеск и подстраиваясь к нему, терапевт может давать клиентам парадоксальное предписание. Например, в семье, где основными правилами взаимодействия взрослых были соблюдение приличий, спокойствие и невыражение недовольства, сын был вынужден взять на себя роль агрессора, отыгрывая внутреннюю озлобленность всех членов семьи. Мальчик беспричинно ломал и выбрасывал вещи, устраивал шумные истерики дома, драки во дворе. Несогласованность между внутренним состоянием взрослых и их внешним поведением, вербальной коммуникацией заставляла его “выпускать пары” за всю семью. На приёме у терапевта родителям было предписано по очереди бить специально закупленную для этого посуду, драться подушками и т.д. К своему удивлению, вскоре они обнаружили и другие методы выяснения отношений, благодаря чему существенно наладилось и супружеское взаимодействие, и поведение ребенка.
Часто именно парадоксальными, метафорическими предписаниями приходится пользоваться и в случаях, когда отношения в семье осложняются из-за непростроенности границ, если в жизнь семьи постоянно вмешиваются старшее поколение, школа, друзья или чье-то хобби, работа, увлечение. В таких случаях принято говорить о нарушении границ внешних, снаружи. Часто здесь помогают метафорические высказывания о том, что каждая образующаяся пара в животном мире завоевывает и охраняет свою территорию, и именно такая, порой агрессивная защита позволяет им вырастить свое потомство. Если же в семье нарушены внутренние границы, то есть налицо спутанность семейных ролей и ответственности, то показательным оказывается предписание “стараться еще лучше в этом же направлении”. Например, при слитных отношениях можно посоветовать в течение недели носить одежду друг друга, меняться спальными местами, выполнять несвойственные обязанности: ребенку – готовить обед, отцу – делать уроки, маме – идти на работу вместо папы и т.д. Парадокс предписания вызывает протесты клиентов, и это дает динамику отношениям.
Метафорические формы общения, игры в психотерапии являются также прекрасной разбивкой состояний при атмосфере всеобщей озабоченности, напряжения, недоверия. Игра и сказка – это детский мир, детская карта. А, как известно, в своих играх дети всегда так или иначе отражают те проблемы, которые их беспокоят. Дети очень наблюдательны, и они не пользуются оценочными дигитальными категориями. Они доверяют своему сенсорному опыту, и именно он запечатляется у них в памяти. Поэтому присутствие детей на терапии часто даёт много ценной информации. Как видится ребенку домашняя ситуация? Какова пошаговая динамика происходящего (“Что нужно сделать папе, чтобы у мамы испортилось настроение?”). С кем ребенок уютнее себя чувствует? Что вызывает у него тревогу? Правильно ли он понимает позицию взрослых (“Как ты думаешь, что чувствует твой папа, когда смотрит телевизор, а вы с мамой ругаетесь?”). Таким приемом мы даем возможность всем присутствующим членам семьи побывать в каждой из трех позиций восприятия: рассказать о происходящем от своего лица, посмотреть на это глазами другого или со стороны. Однако маленькие дети понимают семейные правила, скорее, на невербальном уровне. Они замечают то, что психологи называют неконгруэнтностью, рассогласованием между внешним поведением и глубинными убеждениями; они знают, какова сенсорная очевидность установленного раппорта (или его отсутствия); улавливают, находятся взрослые в ресурсном или нересурсном состоянии, и, вероятно, даже владеют рецептами успешных и неуспешных стратегий взаимодействия с родителями в состоянии ресурса и нересурса. Но вся эта информация накапливается у них на бессознательном уровне, и сделать ее частью сознательной компетенции как для себя, так и для родителей ребенок может лишь посредством игры, сказки, импровизаций, то есть метафоры. Если мы хотим, чтобы ребенок мог принять участие в терапии, мы должны подстраиваться под его семантику, под его представление о жизни, его “магическое сознание”. Именно поэтому игровая, символичная форма общения в семейной терапии бывает наиболее эффективна.
Мной и моими коллегами были разработаны два специальных метафорических приема: семейная скульптура и работа через метафорический предмет. Остановлюсь на каждом из них подробнее.
1) Семейная скульптура – это символическое отражение позиций членов семьи по отношению друг к другу, а также дистанции между ними, динамики взаимоотношений. Семейная скульптура по своей сути напоминает парадоксальное предписание, поскольку в ней взаимоотношения показываются в гротесковой форме. Мы просим каждого из членов семьи поставить своих близких так, чтобы это пантомимически отражало все то, чем семья живет, как относятся люди друг к другу (инструкции должны быть максимально неконкретные, содержать меньше референтных индексов). Свое видение скульптуры ваяют сначала все участники по очереди, а потом это делает сам терапевт. В результате могут получиться очень меткие картины.
Например, один из членов семьи становится спиной ко всем остальным, или, наоборот, с протянутыми руками, но на большом расстоянии. Если в семье все подчинено интересам какого-то одного человека, он может оказаться на пьедестале, а все остальные смотрят на него с раболепием в глазах и заломленными руками. Такая скульптура отражает ситуацию, когда у одного из родителей слишком жестокий характер или важная работа, заставляющая других подлаживать под него свое расписание, интересы. На пьедестал может быть воздвигнут и ребенок – кумир и гордость всех окружающих. Кто-то из участников может быть поставлен на колени или презрительно указывать на всех пальцем.
Иногда скульптура бывает весьма динамичной. Например, если мы имеем целью показать матери, что она слишком потворствует своему капризному ребенку, то мы просим его взять маму за руку и беспрерывно дергать ее, прыгать, запутываться между ней и отцом или другими детьми, пока неудобство не заставит мать (или кого-то другого) остановить этот процесс. Движение в скульптуре может перемещаться с одного человека на другого; в зависимости от степени своей успешности ребенок может возводиться на пьедестал или сидеть на корточках; или ребенок может постоянно перебегать от отца к маме, символизируя собой “телефонный шнур” и т.п.
Поскольку, как я уже писала, важным компонентом семейного благополучия является четкость границ, то порой имеется необходимость ввести в скульптурную композицию воображаемую фигуру бабушки или предмет, символизирующий работу, дачу или даже телевизор. Иными словами, скульптура выражает через метафору то метасообщение, ту стратегию взаимодействия, которую несет в себе каждый участник. Утрирование ситуации помогает наглядно проверить экологичность семейных правил, прочувствовать эффекты, которые получают члены семьи от установленной последовательности поведенческих паттернов. Скульптура предполагает и визуальную наглядность ситуации, и кинестетическое прочувствование участниками своих позиций в символической форме. А задействуя в “строительстве” всех участников терапевтического процесса, мы способствуем получению обратной связи, в том числе и от тех из них, чьей доминирующей метапрограммой дома является пассивный стиль реагирования.
О выявлении метапрограмм в скульптуре можно говорить особо. Так, например, размер разбивки информации, характерный для автора-ваятеля, виден по тому, насколько детально или символично его изображение, отражен в скульптуре конкретный контекст, “типичная” ситуация или глобальная расстановка сил. Если же кто-тo из персонажей стоит отдельно, далеко или на голове, то он явно предпочитает различия. В то время как фокус сравнений, направленный на сходство, будет отражаться в том, что все члены семьи “переплетены”, находятся в тесном кинестетическом контакте или у всех похожие позы, выражения лица. Внутренняя референция в принятии решений будет характерна для того, кто встанет спиной ко всем или будет показывать им, что делать. В общем групповом портрете также заметен будет и стиль взаимодействия (независимый или кооперативный), иногда можно обнаружить даже способ мотивации, принятый в семье. Это может отражаться в движении или общей направленности нескольких или всех членов семьи в одну и ту же сторону – это может быть как от кого-то или чего-то, так и к кому-то.
В скульптуре явно находит свое отражение то, насколько глубокий раппорт установлен между участниками, все ли в него включены; производит весь портрет в целом ресурсное или нересурсное впечатление. Так же легко можно откалибровать, конгруэнтно ли смотрятся люди в очевидной им роли; на чем именно фокусирует свое внимание каждый из участников, а что он опускает в своем восприятии ситуации. Выраженное в метафоре в символической форме видение каждым из клиентов общей ситуации позволяет всем остальным подстраивать эту метафору под свою карту, осуществлять свой собственный трансдеривационный поиск.
При таком методе работы можно выявить через метафорическую форму как актуальное, так и желаемое состояние для каждого человека (“Как бы вы хотели, чтобы это выглядело?”, “Что нужно изменить в скульптуре, чтобы это вас больше удовлетворяло?”). Такой прием обеспечивает позитивную спецификацию желаемого результата, формирует у каждого представление о том, как это должно выглядеть. Иногда при построении такой “идеальной” скульптуры сразу всплывают ограничивающие убеждения одного или нескольких участников (“Такого никогда уже не будет”, “Он не захочет подойти к нам ближе” и др.). Бывает и так, что портрет, отражающий желаемое состояние, для всех членов семьи очень схож, например, они символизируют всеобщую гармонию и близость, стоя близко друг к другу и держась за руки. Это позволяет нам отлично проиллюстрировать отделение намерений от поведения: как бы различны ни были позиции в актуальном состоянии, все они стремятся к одной общей позитивной цели – сблизиться, но стремятся различными поведенческими путями. Это объединяет семью, делает очевидной необходимость совместных усилий.
2) Теперь я бы хотела рассказать о работе с метафорическим предметом. Метафорическим предметом может выступать что угодно: игрушка, подушка, надувной шарик или мяч, который во время семейной консультации “изображает” беспокоящий клиентов вопрос. Лучше всего этот прием применим к детям. Дело в том, что детское сознание в 2,5-3 года становится “символичным”: в игре у ребенка появляются замещающие предметы. Он может использовать палочку вместо ложки, градусника; брусок конструктора – вместо машинки; понимает, что папу или маму в игре может изображать любой ребенок. Поэтому дошкольнику достаточно легко принять, что какой-нибудь реальный предмет будет в нашем разговоре выполнять роль ссоры, обиды, плохого настроения, непослушания и т.д. То есть те самые существительные, которые “нельзя положить в тачку”, становятся реально осязаемыми.
Сначала ребенок выбирает игрушку или предмет, дает ему имя или название, определяет его размеры. Затем мы спрашиваем ребенка: “Кто первый берет этот предмет, зачем? Кому хочет передать? Что случится с игрушкой, если ею не заниматься, не брать ее? Каким образом она передается другому? В каком количестве, на какое время? Хочет ли еще кто-то в доме поиграть с игрушкой? Получит ли он ее?” Вопросы могут задаваться не только ребенку. По правилам циркулярной логики, принятым в семейной терапии, мы спрашиваем о взаимодействии мамы с дочерью – у отца (“Что было бы, если бы дочь не взяла игрушку?”), о чувствах мамы – у ребенка (“Изменяются ли размеры игрушки – если она отражает, например, тревогу или вину, – пока мама хранит ее у себя?”), об отношении одного родителя – у другого (“Как бы поступил с игрушкой ваш муж?”).
И наконец, наличие игрушки как символа определенного чувства, или состояния, или паттерн поведения подразумевает, что это нельзя просто выкинуть из жизни. Таким образом, мы начинаем искать взаимоприемлемые пути решения задачи. Например: “Как ты думаешь, что было бы, если бы мама не отдавала игрушку никому, не бросала и не заставляла ее брать, а просто поставила бы на стол и рассказала о ней? А если бы она “разобрала” игрушку и разделила со всеми понемногу?”
В результате метод метафорического предмета позволяет снять агрессию, приобрести коммуникативные навыки, отработать модель поведения и т.п. – путем манипуляций с искусственным предметом, используемым в качестве реального, и переносом на него свойств и отношений людей из реальной жизни.
Выводы
Вирджиния Сатир писала, что мир на нашей планете начинается дома. Поэтому если кому-то захочется изменить этот мир, то следует начинать с себя и своей семьи. Психологические знания и метафора помогут в этом. А если удастся нести добро и другим семьям, то можно смело гордиться своей жизнью.
Те же люди, для кого вопросы налаживания семейных взаимоотношений представляют практический интерес, но сами они не обладают достаточными психологическими знаниями, всегда могут обратиться за помощью в разрешении трудных семейных ситуаций к специалистам, практикующим в этом направлении. Специалисты помогут им найти причины внутреннего дискомфорта, оживить супружеские отношения, наладить общение с детьми.
Использование метафор в семейной терапии – очень благодарное и высокоэффективное занятие. Если психолог или психотерапевт умеют грамотно пользоваться этим приемом и проявляют в своей работе достаточно творчества, то метафора может сопровождать их консультации с момента сбора информации до осуществления последней поведенческой проверки сделанной интервенции.
Метафора, благодаря своим свойствам, позволяет точнее проводить первый этап диагностики, далее производить коррекцию, легко отслеживать динамику и движение психологических процессов и качеств, а также осуществлять заключительный этап наблюдения с последующими рекомендациями.
Так или иначе, метафорами продолжают пользоваться и в психологической науке, и в обыденной жизни. Они отвечают способности человека улавливать и создавать сходство между, казалось бы, несхожими индивидами и объектами. Метафора знаменует собой активизацию мыслительного процесса, проникновение в глубины личного опыта и более заинтересованное обращение каждого человека ко всей системе знаний о мире в целом.

Глобальность метафоры семья в политическом дискурсе Текст научной статьи по специальности «Языкознание»

ПОЛИТИЧЕСКИЙ ДИСКУРС

УДК 81’373.612.2:32

ГЛОБАЛЬНОСТЬ МЕТАФОРЫ СЕМЬЯ В ПОЛИТИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ

А.А. Джиоева

МГУ им. М.В. Ломоносова Ленинские Горы, 1, Москва, Россия, 119991 A lecia28@yandex. ru

О.Ф. Стрельникова

МГИМО(У) МИД РФ

пр-кт Вернадского, 76, Москва, Россия, 119454 strelnikova.olgastrelnikova@gmail.com

Статья посвящена особенностям функционирования метафоры семьи в англоязычном политическом дискурсе. Теория Аристотеля о трех компонентах публичной речи: пафосе, логосе и это-се — находит применение в современной политической риторике, позволяя говорить о преимущественной реализации компонента «пафос» в текстах выступлений, изобилующих метафорами, и реализации компонента «этос» в текстах, где присутствует метафора семьи. Метафора семьи, таким образом, получает особое значение в публичной речи.

Ключевые слова: глобальность; публичная речь; метафора семьи; пафос; логос; этос; политический дискурс.

ГЛОБАЛЬНОСТЬ МИРА

Современный мир по определению глобален: развитие современных технологий и средств массовой коммуникации, распространение английского языка как lingua franca, общность глобальных вызовов и проблем — все это неотъемлемые характеристики сегодняшнего мира. Изменились средства и способы общения, но неизменной остается роль публичной речи и риторики в жизни современного человека. Следует отметить, что умения и навыки построения публичной речи и выступления с ней ценились уже в древности. Еще Аристотель, заложивший основы риторики, выделил и сформулировал ее основные принципы, лежащие в основе современной науки о построении речи.

ОСНОВНЫЕ КОМПОНЕНТЫ ПУБЛИЧНОЙ РЕЧИ

Аристотель выделил три основных компонента публичной речи: pathos (пафос — «чувство, воодушевление, вложенное в речь»), ethos (этос — «нравственное начало») и logos (логос — «мысль, заключенная в речи») . Пафос — это эмоциональный компонент, логос — то, насколько логично оратор излагает свои мысли. Компонент ethos — это один из важнейших компонентов публичной речи, это научный потенциал человека, то, насколько ему можно верить. В зависимости от типа публичной речи может меняться доминанта.

В политической риторике, и в частности в публичной речи, особую роль играет метафора: она воздействует на эмоциональную сферу реципиента, способствуя реализации того компонента, который в теории Аристотеля называется пафосом. Метафора воздействует не на разум, а на чувства, однако не следует отрицать логичность метафоры: «Недостаточность логики в обыденном языке восполняется использованием метафор. Логичность и метафоричность текста — это два дополняющих друг друга его проявления» . Что касается этоса, то некоторые метафоры напрямую связаны с этим компонентом публичной речи, и в дальнейшем мы остановимся на нем подробнее.

МЕТАФОРА

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Что же такое метафора? Как отмечает А.П. Чудинов, «при традиционном подходе, который берет начало в трудах Аристотеля, метафора понималась как перенос названия с одного предмета на другой, в чем-то сходный с первым» . Н.Д. Арутюнова предлагает следующее определение: метафорой в широком смысле «может быть назван любой способ косвенного выражения мысли» . В предисловии к книге Дж. Лейкоффа «Метафоры, которыми мы живем» А.Н. Баранов подробно останавливается на процессе метафоризации : «Метафо-ризация основана на взаимодействии двух структур знаний — когнитивной структуры «источника» (source domain) и когнитивной структуры «цели» (target domain). В процессе метафоризации некоторые области цели структурируются по образцу источника, иначе говоря, происходит «метафорическая проекция» (metaphorical mapping) или «когнитивное отображение» (cognitive mapping)». Процесс метафо-ризации делает возможным размышление об одном предмете в терминах другой области, например, о споре в терминах войны или танца . По тонкому замечанию Н.Д. Арутюновой, «метафора не только формирует преставление об объекте, она также предопределяет способ и стиль мышления о нем» .

Многие исследователи признают, что «метафора — вездесущий принцип языка» . В видеолекции «Public Speaking in Action» один из авторов статьи А.А. Джиоева цитирует слова знаменитого психолога Виктора Франкла, инструктора, занимающегося подготовкой пилотов: «Если Вы хотите долететь до определенной точки, то Вам следует стараться долететь выше, потому что встречный ветер будет мешать Вам. Если Вы не будете стремиться попасть выше, из-за

встречного ветра Вы окажетесь ниже, чем изначально планировали» . Этот пример, построенный на ориентационной метафоре «хорошее ориентировано наверх» , наглядно демонстрирует когнитивные возможности метафоры. Метафора позволяет воздействовать на эмоции слушателей, то есть способствует реализации того компонента, который в теории Аристотеля называется «пафос».

МЕТАФОРА СЕМЬИ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ РИТОРИКЕ

Особую роль в политической риторике играет метафора семьи. Ф. Риготти отмечает: «Нация как семья — „это одна из старейших и наиболее распространенных политических аналогий, которая реализуется в языке с помощью метафор, и которая состоит в отождествлении составных частей политической, национальной или международной систем с отдельными членами семьи и рассмотрении существующих отношений внутри этих систем как родственных отношений»» . Г.Г. Хазагеров также говорит о метафоре семьи в политической риторике: «„Отец» — это инвариантная характеристика всякой авторитарной власти. Это слово подразумевает, что государство строится по аналогии с большой семьей, где есть старший, наделенный высшей властью и отвечающий за все» .

Метафора семьи имеет особое значение в публичной риторике, потому что отражает прием, связанный с family psychology . Семейные ценности универсальны, важны, кажутся родными и близкими для каждого. Именно поэтому использование метафоры семьи в риторике работает на тот компонент, который называется этосом, и обеспечивает успех публичного выступления .

МЕТАФОРА СЕМЬИ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ РИТОРИКЕ: ПРИМЕРЫ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ

Последовательное изучение текстов выступлений Президента Обамы дает возможность понять всю важность метафоры семьи в политической риторике. Метафора семьи всеобъемлюща, универсальна, важна, она востребована как в русской , так и в американской риторике. Поскольку объектом нашего исследования является англоязычный политический дискурс, то мы анализируем примеры употребления метафоры семьи на материале англоязычной риторики безотносительно к оценке политического курса США и их Президента Барака Обамы на сегодняшний день, который не вызывает у нас, как и у многих, позитивной оценки. Данный материал исследуется с чисто лингвистической точки зрения. Приведем несколько примеров.

С речью «State of the Union address 2009» Президент Барак Обама выступает во времена затяжного банковского кризиса и рецессии. Президент подчеркивает единство нации посредством использования инклюзивного местоимения «we»: «We will rebuild, we will recover, and the United States of America will emerge stronger than before». Метафоры семьи как таковой в тексте нет, но ближе к концу текста

Президент призывает рядовых американцев заняться образованием своих детей — призывает их к этому не как президент, а как отец: «I speak to you not just as a President, but as a father when I say that responsibility for our children’s education must begin at home». И далее: «There is, of course, another responsibility we have to our children». В следующих высказываниях Президент несколько раз повторяет мысль об ответственности перед следующими поколениями американцев, подчеркивая, таким образом, единство нации как семьи. «In order to save our children from a future of debt…»; «…even in the most trying times, amid the most difficult circumstances, there is a generosity, a resilience, a decency, and a determination that perseveres; a willingness to take responsibility for our future and for posterity». В самом конце текста, в сильной коммуникативной позиции повторяется мысль о будущих поколениях американцев, которые с благодарностью вспомнят дела своих отцов: «…then someday years from now our children can tell their children that this was the time when we performed, in the words that are carved into this very chamber, «something worthy to be remembered».

Нам представляется, что в своей речи Президент незаметно переходит от буквального значения слова «отец», когда он говорит о своей семье, к фигуральному значению этого слова, когда он обращается к гражданам страны как отец нации.

В тексте выступления Барака Обамы (State of the Union Address, 2010) ему удается с помощью разнообразных стилистических приемов сформировать у слушателей образ президента как строгого, но справедливого отца. Говоря о дефиците бюджета, Барак Обама обращается к метафоре семьи: «Like any cash-strapped family, we will work within a budget to invest in what we need and sacrifice what we don’t. And if I have to enforce this discipline by veto, I will» («Строгий Отец» отвечает в «семье» за все решения).

Использование онтологической метафоры «страна — это человек», когда страны Корея и Иран оказываются «непослушными детьми», которых нужно наказать за плохое поведение (введя санкции), только усиливает это впечатление. Развертывающаяся в тексте доминантная метафора семьи выполняет, таким образом, текстообразующую функцию: «Now, these diplomatic efforts have also strengthened our hand in dealing with those nations that insist on violating international agreements in pursuit of nuclear weapons. That’s why North Korea now faces increased isolation, and stronger sanctions… » (наказание за «непослушание»); «And as Iran’s leaders continue to ignore their obligations, there should be no doubt: They, too, will face growing consequences. That is a promise» («Строгий Отец» снова грозит наказанием за «непослушание»).

В обращении «State of the Union address 2011» доминантной является метафора соревнования, но метафора семьи, вследствие своей близости к началу текста, играет в нем важную роль. Также следует отметить наличие дихотомии «свой—чужой», которое только усиливает идею сплоченности американской нации: «…no matter who we are or where we come from, each of us is a part of something greater — something more consequential than party or political preference. We are part of the American family. We believe that in a country where every race and

faith and point of view can be found, we are still bound together as one people… That, too, is what sets us apart as a nation». Ближе к концу текста в сильной коммуникативной позиции Президент США повторяет мысль о сплоченности американской нации, включая в круг семьи и мусульман.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Метафора семьи, таким образом, имеет большое значение в тексте, позволяя формировать представление о американцах, исповедующих ислам, как о «своих»: «And as extremists try to inspire acts of violence within our borders, we are responding with the strength of our communities, with respect for the rule of law, and with the conviction that American Muslims are a part of our American family». Важное место в тексте имеет идея преемственности, когда американцы как нация должны передать свои ценности и достояние следующим поколениям: «We measure progress by the success of our people… By the opportunities for a better life that we pass on to our children».

В обращении «State of the Union address 2012» доминантной является игровая метафора, но метафора семьи также находит свое отражение во фрейме: «Америка — это общий дом»: «So much of America needs to be rebuilt»; «An America built to last insists on responsibility from everybody»; «That’s how we’ll reduce our deficit. That’s an America built to last». Использование параллельной конструкции в тексте (повторение метафоры) акцентирует внимание публики на идее строительства и необходимости кропотливой совместной работы для процветания страны: «I’m a Democrat. But I believe what Republican Abraham Lincoln believed: That government should do for people only what they cannot do better by themselves, and no more». Этот пример позволяет говорить о таких отношениях между государством и гражданами, где государство выступает в качестве «Строгого отца». Такой подход, согласно Дж. Лакоффу, присущ республиканцам , но Барак Обама подписывается под словами Авраама Линкольна, демонстрируя таким образам близость своих идей обеим партиям.

В обращении «State of the Union address 2013» присутствует множество морбиальных метафор, а также метафор, где сферой-мишенью является «механизм». Метафора семьи реализуется в тексте через фрейм «члены семьи»: «We will draw upon the courage and skills of our sisters and daughters and moms…».

В обращении «State of the Union address 2014» можно найти фразовый глагол wean off, актуализирующий лексему «дитя» — Америка представляется младенцем, которого отнимают от груди («зарубежной нефти»), то есть общим для всех американцев детищем: «An autoworker fine-tuned some of the best, most fuel-efficient cars in the world, and did his part to help America wean itself off foreign oil». В речи Президента находит отражение мысль о единстве народа. Барак Обама приводит несколько примеров семей рядовых американцев; эта идея плавно перетекает в метафору семьи, где ее главой является Президент страны. Эта метафора в дальнейшем разворачивается в тексте, переходя в метафору «Америка — наш общий дом»: «And in tight-knit communities across America, fathers and mothers will tuck in their kids, put an arm around their spouse, remember fallen

comrades, and give thanks for being home from a war that, after twelve long years, is finally coming to an end». Президент США также подчеркивает необходимость помнить об ответственности перед будущими поколениями американцев. Это подтверждается следующими примерами: 1. «And while we’re at it, I’ll use my authority to protect more of our pristine federal lands for future generations»; 2. «Climate change is a fact. And when our children’s children look us in the eye and ask if we did all we could to leave them a safer, more stable world, with new sources of energy, I want us to be able to say yes, we did»; 3. «As a parent as well as a President, I repeat that request tonight. 4. «The bottom line is, Michelle and I want every child to have the same chance this country gave us». Ближе к концу текста: «The America we want for our kids — a rising America where honest work is plentiful and communities are strong…».

Далее в тексте Президент прямо говорит об американской нации как о семье, которую объединяют традиции и которая несет ответственность перед следующим поколением американцев: «…we can pursue our individual dreams, but still come together as one American family to make sure the next generation can pursue its dreams as well». Президент обращается к рядовым американцам, подчеркивая свое неравнодушие к судьбам отдельных людей, называя своих сограждан «сыновьями и дочерями», выступая, таким образом, в образе «Отца нации»: «But I will not send our troops into harm’s way unless it’s truly necessary; nor will I allow our sons and daughters to be mired in open-ended conflicts».

Проведенный анализ текстов выступлений Президента Барака Обамы позволяет отметить особую роль метафоры семьи в политической риторике. Метафора семьи позволяет выразить идею о сплоченности нации перед лицом кризиса, включить в «семейный круг» представителей разных национальностей и противопоставить свою семью «чужим» — другим странам и нациям.

Следует отметить, что случаи использования метафоры семьи нередки не только в публичных выступлениях политиков, но также и в журналистских статьях. Приведем примеры такого использования: В статье «Putin’s Latest Moves Tip the Balance of Power Toward Russia» с помощью антропоморфной метафоры «страна — это человек» автор дает читателям представление об отношениях между странами. Молдавия становится «the baby of the family», которого, по мысли автора, ЕС должен баловать (coddle — ‘нежить’) и согревать, чтобы показать Украине, как много она теряет: «So the E. U. ‘s best option at this point is to salvage what’s left of its Eastern Partnership initiative, the mechanism it has been using to pull former Soviet states closer to the West. With Ukraine lost, the main consolation prize now becomes Moldova, the poorest country in Europe. ‘So regardless of the European Partnership, Europeans now need to coddle and warm Moldova as much as they can, to show how much Ukraine is losing out’, says Fyodor Lukyanov».

В другой статье Олимпийские игры в Сочи метафорически называются ребенком Президента России В.В. Путина. Этот образ появляется в статье еще раз, когда журналист подчеркивает хрупкость данного проекта, говоря о вопросах

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведенный анализ позволяет говорить об особой роли метафоры в политической риторике: метафора воздействует на эмоциональное состояние слушателей и, таким образом, способствует реализации компонента публичной речи, именуемого пафосом. Метафора семьи занимает особое место среди метафор в публичной речи. Такая метафора служит цели объединения нации перед лицом кризиса, включения в ближний круг представителей разных национальностей и вероисповеданий, противопоставления своей нации как семьи другим нациям-семьям.

Метафора семьи способствует преимущественной реализации того компонента, который в теории Аристотеля называется этосом. Нельзя не отметить, что такое значение метафора семьи приобретает благодаря глобальности мира и глобальности истинных ценностей, которые кажутся родными и близкими для каждого. На примере выступлений Барака Обамы становится очевидным, что использование метафоры семьи способствует установлению мостов доверия между говорящим и аудиторией. Таким образом, близость феномена семьи людям в принципе, в том числе американцам, очень успешно используется американскими политиками и как средство манипуляции публикой и избирателями.

ЛИТЕРАТУРА

Джиоева А.А. (2011). Фундаментальные основы публичной речи . Москва: Айрис-пресс.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Джиоева А.А. Public Speaking in Action: Мастер-класс по публичной речи: http://www.youtube.com/watch?v=KgCaIh3bYPs.

Лакофф Д., Джонсон М. (2008). Метафоры, которыми мы живем / пер. с англ.; под ред. и с предисл. А.Н. Баранова. 2-е изд. Москва: Издательство ЛКИ.

Теория метафоры: сборник (1990). / вступ. ст. и сост. Н.Д. Арутюновой; общ. ред. Н.Д. Арутюновой и М.А. Журинской. М.: Прогресс.

ХазагеровГ.Г. (2006). Партия, власть и риторика . Москва: Европа.

Чудинов А.П. (2012). Политическая лингвистика: учебное пособие . 4-е изд. Москва: Флинта: Наука.

Чудинов А.П. Россия в метафорическом зеркале: когнитивное исследование политической метафоры (1991—2000): http://www.philology.ru/linguistics2/chudinov-01.htm#230.

Peters, G. State of the Union Addresses and Messages: http://www.presidency.ucsb.edu/ sou.php.

Shuster, S. Sochi’s sixth ring: http://time.com/2849/the-sixth-ring.

GLOBALITY OF FAMILY METAPHOR IN POLITICAL DISCOURSE

Alecia A. Jioeva

Moscow State University n.a. M.V. Lomonosov Leninskiye Gory, 1, Moscow, Russia, 119991 A lecia28@yandex. ru

Оlga F. Strelnikova

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Определение термина и примеры метафор

Первое определение, что такое метафора, дал еще Аристотель, а это ведь почти 2,5 тысячи лет назад.

Правда, звучало оно несколько тяжеловато, все-таки автор – философ:

«Метафора – это несвойственное имя, которое переносится с вида на род, или с рода на вид, или с вида на вид, или с рода на род»

Да, звучит как скороговорка, и очень по-философски. Но, по сути, означает то, что мы уже сказали – это перенос свойств одного предмета на другой, которые изначально ему и не очень подходят.

Чтобы было еще понятнее, лучше сразу привести примеры метафор:

  1. Выткался на озере алый цвет зари… (С. Есенин). Понятно, что никакой цвет не может «выткаться», здесь это синоним слова «отразился». Но согласитесь, звучит более красиво.
  2. Я стою на прибрежье, в пожаре прибоя… (К. Бальмонт). Понятно, что огонь и вода – это две противоположные стихии, но здесь их соединили в оксюмороне, и получилось более поэтично, нежели вместо «пожар» стояло бы слово «всплески».
  3. Гуляет ветреный кистень по золотому войску нив… (В. Хлебников). Здесь сразу две метафоры – ветер напоминает кистень (разновидность ножей), видимо, такой же безжалостный, а колосья заменены на «золотое войско», так как их много и стоят все друг за другом.
  4. И самое простое. В лесу родилась елочка, в лесу она росла. Естественно, никакая елочка не может «родиться», ведь деревья произрастают из семян.

Если вы наблюдательны, то заметили, что метафоры в данных примерах употребляются в разных значениях. Это могут быть существительные, определения и даже глаголы.

Метафоры в литературе

Чаще всего метафоры можно встретить в поэзии. Например, у Есенина практически каждое стихотворение – это целый набор таких метафорических приемчиков.

Черемуха душистая, развесившись, стоит,
А зелень золотистая на солнышке горит.

Понятно, что зелень не может быть золотого цвета, но так поэт точно и ярко передает сияние солнечных лучей на листве.

А рядом, у проталинки, в траве, между корней,
Бежит, струится маленький серебряный ручей.

Опять же вода не может быть серебряной, но зато мы понимает, что она очень чистая, а журчание ручья напоминает перезвон серебра. Да и «бежать» вода не может. Метафора означает, что ручей течет очень быстро.

Как и время на этой известной картине Сальвадора Дали.

В кино

Создатели фильмов любят использовать громкие названия, чтобы сразу привлечь к себе внимание зрителей. Просто приведем такие примеры:

  1. Горячие головы – сразу намек на нечто безбашенное;
  2. Грязные танцы – что-то в кино будет на грани фола;
  3. Муравьи в штанах – что-то подростковое, да еще и связанное с сексом;
  4. Человек дождя – герой не от мира сего.

В рекламе

Так как метафоры призваны усилить привычный образ и сделать его более запоминающимся, что, естественно, этот прием давно уже взяли на вооружение рекламщики. Они используют его для создания коротких, но запоминающихся слоганов.

Вот лишь несколько примеров метафор в рекламе:

  1. «Магия кофе» (кофеварки «De Longi»);
  2. «Революция цвета для губ» (помада «Ревлон»);
  3. «Разбуди вулкан удачи!» (сеть игровых автоматов);
  4. «Наш удар по ценам!» (магазины «Эльдорадо»);
  5. «На волне удовольствия» («Кока-Кола»);
  6. «Окунись в прохладу» («Lipton Ice Tea»).

Разновидности метафор в примерах

Все метафоры принято делить на несколько видов:

  1. Резкая. Это самый распространенный и самый яркий вид. Как правило, это все лишь два слова, которые абсолютно противоположны друг друга. Например, «крылья огня», «цветок луны», «взрыв эмоций».
  2. Стертая. Это метафора, которая настолько прочно уже вошла в наш лексикон, что мы употребляем ее не задумываясь. Например, «лес рук», «жизнь как мед», «золотые руки», о которых мы упоминали в самом начале статьи.
  3. Метафора-формула. Это еще более простой вид стертой метафоры. Это некие конструкции, которые мы уже даже не сможет разделить на составляющие и перефразировать. Например, «ножка стула», «носок ботинка», «чаша бытия».
  4. Преувеличение. Метафора, с помощью которой мы намеренно увеличиваем масштаб происходящего. Например, «я тебе уже сто раз говорил», «миллионы человек не могут ошибаться», «весь класс упал со смеху».

Все перечисленные виды относятся к простым метафорам. То есть они небольшие по конструкции и, как правило, в переносном смысле употребляется только одно слово. Но есть так называемые развернутые метафоры. Это целые куски текста. И чаще всего их можно встретить опять же в поэзии.

Обратимся за помощью к уже упомянутому Есенину:

Отговорила роща золотая
Березовым, веселым языком,
И журавли, печально пролетая,
Уж не жалеют больше ни о ком.

Кого жалеть? Ведь каждый в мире странник —
Пройдет, зайдет и вновь оставит дом.
О всех ушедших грезит коноплянник
С широким месяцем над голубым прудом.

Метафоры среди нас

Метафоры обогащают наш язык. И многие употребляют их в речи, даже не осознавая этого. Например, когда приписывают людям качества различных животных:

  1. Когда мы говорим о человеке, что он как «лев», то мы имеем в виду его смелость.
  2. А когда вспоминаем «медведя», то тут, скорее всего, идет речь о габаритах.
  3. Ну, а «осел», «баран» и даже «курица» очень ярко характеризуют глупость.

Очень много метафор в знакомых всем поговорках:

  1. «в тихом омуте черти водятся»
  2. «в каждой бочке затычка»
  3. «моя хата с краю»

Даже жаргон частенько не обходится без метафор, например, «дать по тыкве».

Кстати, ученые давно доказали, что метафоры активизируют творческую часть мозга. А человека, который в своей речи использует подобные приемы, охотнее слушают.

Так что, если хотите прослыть душой компании (еще одна метафора), не стесняйтесь обогащать свой язык.

Удачи вам! До скорых встреч на страницах блога KtoNaNovenkogo.ru

* Нажимая на кнопку «Подписаться» Вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности.

Подборки по теме

  • Вопросы и ответы
  • Использую для заработка
  • Полезные онлайн-сервисы
  • Описание полезных программ

Использую для заработка

  • ВоркЗилла — удаленная работа для всех
  • МираЛинкс — платят за размещение статей
  • ГоГетЛинкс — монетизация сайтов
  • Анкетка — платят за прохождение тестов
  • Etxt — платят за написание текстов
  • Кьюкоммент — биржа комментариев
  • Поиск лучшего курса обмена
  • 60сек — выгодный обмен криптовалют
  • МоеМнение — бонусы за прохождение опросов
  • Бинанс — надёжная биржа криптовалют
  • ВкТаргет — заработок в соцсетях (ВК, ОК, FB и др.)

Рубрика: Отвечаю на частые вопросы>О природе и погоде. Метафора эмоциональной сферы

Описание

О природе и погоде. Метафора эмоциональной сферы
В набор входят 80 фотографий с изображениями природных и погодных явлений, метафорически выражающих эмоциональное состояние человека, и 32 маленькие карточки с названиями чувств.
Работа с эмоциональной сферой человека – непаханный край, окультуривание которого дает возможность совершать и достигать, строить отношения и любить себя, предсказывать опасности и избегать «подводных рифов», становиться сильнее и справляться с неизбежными травмами…- несть числа «выгодам» работы с эмоциями.
Набор метафор, предлагаемый в данном наборе, родился из имеющегося в сознании каждого из нас соотнесения погодных условий с настроениями человека.
Первое – взаимосвязь между реальной погодой и реальным эмоциональным состоянием. Обычно мы огорчаемся, проснувшись серым дождливым утром, и почти автоматически улыбаемся жизни, пробудившись от солнечных лучей. И наоборот, разумеется: отличное настроение – и в тающем снеге грязной ранней весны нам видится светлое обещание. А если на-строение плохое, то и солнце раздражает своей навязчивостью.
Вторая, тоже лежащая на поверхности, мысль заключается в том, что каждый из нас в обыденной речи и слышит, и сам использует выражения, в которых «изменения в природе» используются как метафора для описания чувств: «луч надежды», «пасмурно на душе», «солнечная улыбка», «сумрачный взгляд», «ледяной тон», «буря чувств». Нас «захлестывает волной раздражения», мы останавливаемся вдруг «как громом пораженные», «витаем в облаках» и «ждем у моря погоды». Мы склонны не только «опогодивать» наши чувства и состояния души, но и «очеловечивать», одушевлять, наделять чувствами явления природы. Кто не учил в детстве строки Ф.Тютчева: «Зима недаром злится, прошла ее пора…»?
Думаем, что в таком двунаправленном метафорическом потоке человек с одной стороны, выражает свою принадлежность к природе, а с другой – продолжает традиционно-язычески видеть в ней Большого Родителя, который имеет четыре лика – четыре стихии.
Вода. В наших картах ее множество – самой разной: и затянутой ряской, и бушующей волнами, и затягивающей в водоворот. Вы найдете ласковые обнимающие воды теплого океана и несущие угрозу валы океана грозного, неуправляемого. Карточки с изображением гейзера и водопадов у кого-то вызовут ассоциацию с потерей контроля, а у кого-то – со счастьем и радостью. Мы включили в набор фотографии с северных морей – суровых, но прекрасных в своем равнодушном великолепии. И даже там, в краю вечного холода можно увидеть движение к надежде, к скоротечной весне. Чего только нельзя выразить с помощью воды!
Небо, воздух – вот еще одна стихия, способная, как ничто другое, выразить человеческую эмоцию. Грозные напряженные темные тучи и легкие беззаботные облачка. Страстные закаты и нежные, обнадеживающие восходы. Морозно-сверкающее, праздничное небо и жаркая благодатная нега, льющаяся из летнего синего купола – нет числа воздушно-небесным метафорам.
Стихия Огня — это и тепло, и свет, и энергия, и неуправляемость эмоций, и страсть, и выжженная после пожара земля …продолжите сами этот ряд.
Земля, наша опора и дом, укрытие и пристанище, присутствует на картах и как обледенелое поле, и как весенняя грязь и распутица. Как хаотичное нагромождение камней и как потрескавшееся ровное пространство, как плодородная и кормящая летом и как уставшая, удовлетворенная от хорошо сделанной работы, осенью.
Времена года тоже ассоциируются в нашем сознании с определенными эмоциями: суровая зима испытывает на прочность, весна дает радость возрождения и уверенность в том, что лето обязательно будет. И оно действительно приходит: греет, кормит, приносит отдых и расслабление. Ну, и «наконец-то дождливый сентябрь»: и грустно, и слезливо, и надо собираться с силами, готовясь к зиме…
Четыре стихии, четыре времени года в бесконечном многообразии природы и погоды – каждый найдет здесь что-нибудь для себя, а если не найдет, то по крайней мере поймет, чего ему не хватает…
* * *
«С утра обремененная работой,
Трудом лесов, заботами полей,
Природа смотрит как бы с неохотой
На нас, неочарованных людей…
Вздохнут леса, опущенные в воду,
И как бы сквозь прозрачное стекло
Вся грудь реки приникнет к небосводу
И загорится влажно и светло»
Давайте очаровываться, обременяться любимой работой и загораться влажно и светло. Давайте чувствовать!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *