Феноменологическая психология

Феноменологическая психология

Феноменологический подход и его вариации

Пожалуй, из всех отдельных качественных подходов феноменологический в наибольшей мере близок психологам. Во всяком случае именно в феноменологическом ключе (либо с использованием феноменологического метода) строится множество современных качественных исследований в психологии.

Слово «феноменология» часто употребляется в сообществе психологов. При этом зачастую им неверно обозначают довольно широкий круг явлений, нередко в него попадает все, что не относится к «строгой» науке: не предполагающие подсчетов описания, не нацеленные на статистические обобщения исследования случаев, психологические размышления и интерпретации в жанре эссе и т.п. Между тем словом «феноменология» в философском контексте принято обозначать особое направление исследований, связанное с именами Э. Гуссерля, М. Мерло-Понти, М. Хайдеггера (в последнем случае речь идет чаще всего о «герменевтической феноменологии»). Задача феноменологии — выявление и доскональное описание феноменов. Наиболее ясное определение феномена было дано М. Хайдеггером: феномен есть то, что само-себя-показывает. Для того чтобы «ухватить» это само-себя-показывающее бытие, разрабатывается феноменологический метод — своеобразный тип опыта, ядро которого составляет феноменологическая редукция, т.е. попытки «вынести за скобки» (другая используемая метафора: «заключить в скобки») все, что несет с собой естественная установка — любые обыденные и научные знания о феномене, для того, чтобы успешно войти в контакт с сущностями. Исследователь, практикующий феноменологическую редукцию, временно отказывается от любых суждений относительно опыта (Гуссерль использовал греческое слово эпохе, означающее воздержание от предпосылаемых мнений), «выносит за скобки» свои предварительные представления о феноменах, чтобы достичь их ясного видения.

Философское понимание феномена и разработанный в рамках философской феноменологии феноменологический метод легли в основу феноменологического подхода как качественной исследовательской стратегии. Однако нужно иметь в виду, что феноменологический подход в качественных психологических исследованиях и философская феноменология — это не одно и то же. Более того, не только философская феноменология — источник феноменологического подхода. Он зародился в 70-е гг. XX в. на волне критики традиционной сциентистской психологии и представлял собой попытку наметить контуры исследовательской методологии, которая преодолевала бы недостатки модели «строгой науки» (произвольность теоретических конструкций, потерю связи с живой реальностью опыта, разрыв со сферой практики — не только психологической, но и с различными формами жизненных практик). Основным центром появления и развития подхода стал университет Дюкейн в США, где А. Джорджи объединил вокруг себя группу психологов, занявшихся разработкой принципов феноменологического метода (Улановский, 2007). Философская феноменология действительно легла в основу альтернативной сциентизму исследовательской методологии, однако в контексте феноменологического подхода в психологии философские положения были существенным образом перестроены для того, чтобы соответствовать задачам эмпирической науки.

Среди основных характеристик феноменологического подхода в качественных исследованиях можно назвать следующие:

  • 1) объектом исследований являются переживания, опыт, аспекты жизненного мира в том виде, в каком они непосредственно являют себя сознанию; например, феноменолога могут интересовать структура эстетического переживания, ядерные элементы переживания разочарования или утраты иллюзий, опыт обучения игре в шахматы, аспекты жизненного мира людей, страдающих сердечными заболеваниями; для сторонников подхода очень важно выявить сущностную структуру переживания или опыта, т.е. артикулировать те инвариантные темы, которые появляются в переживании от ситуации к ситуации и от одной личности к другой;
  • 2) исследования носят описательный характер, они направлены на постижение субъективной реальности, непосредственных переживаний, опыта в их максимальной конкретности и полноте, без обращения исследователя к объяснительным моделям и теоретическим схемам;
  • 3) обязательный компонент — феноменологическая редукция, которая в области психологических эмпирических исследований принимает форму особой рефлексивной работы исследователя с предпосылками собственного понимания.

Современный феноменологический подход в качественных исследованиях неоднороден. Можно говорить по крайней мере о двух различных его вариациях — описательной и интерпретативной (герменевтической) феноменологии или о собственно феноменологическом и герменевтическом подходах (Бусыгина, 20096; 2010). Данные подходы, безусловно, имеют много общего, поэтому их нередко относят к одному — феноменологическому — подходу. Однако они базируются на разных философских основаниях, так что в предполагаемых ими исследовательских стилях возможны некоторые весьма ощутимые различия.

Наиболее известную версию описательного феноменологического подхода предложил американский психолог А. Джорджи (Giorgi, 1997; Giorgi, Giorgi, 2003; 2008). Его «описательный феноменологический психологический метод» (Descriptive Phenomenological Psychological Method) базируется на философских идеях Э. Гуссерля. Джорджи настаивает на различии описания и интерпретации: описание, согласно Джорджи, предполагает последовательную экспликацию того, что дано с очевидностью и непосредственно переживается, в то время как интерпретация всегда означает выход за пределы непосредственно данного, помещение материала в более широкий контекст и усмотрение в нем тех связей, которые неочевидны. Как правило, в описательном феноменологическом подходе используются данные, полученные в результате устных интервью. Письменные тексты используются редко, в силу того что письменная речь отличается многозначностью и требует для своего понимания интерпретативных усилий.

Условием возможности феноменологического описания является успешно проведенная феноменологическая редукция, служащая достижению состояния относительно чистого сознания, не замутненного набором предпосылаемых опыту суждений. Процедурно это достигается, во-первых, за счет рефлексивных действий исследователя, который фиксирует собственные предсуждения об изучаемом феномене и затем на время проведения исследования «выносит их за скобки», чтобы его личные смыслы, интерпретации и теоретические концепты не мешали ясному и непосредственному восприятию уникального опыта респондента. И во-вторых, за счет того, что участников исследования просят поделиться переживаниями наиболее непосредственным образом, отложив в сторону («вынеся за скобки») выученные знания и схемы, описать свой живой опыт языком, свободным, насколько это возможно, от интеллектуальных конструктов.

На этане анализа данных описательный феноменологический подход предполагает, что исследователь работает лишь на уровне очевидных смыслов, на уровне самопонимания исследуемых и вычитывает из текста лишь то, что сказано прямо. В варианте описательного феноменологического метода А. Джорджи используется техника последовательной конденсации смысла, суть которой заключается в разбивании текста на смысловые единицы и последовательном извлечении (конденсации) смысла каждой из них. Для осуществления техники нередко привлекаются эксперты. В описание конденсированного смысла исследователь включает только те мнения экспертов, которые получили интерсубъективное согласие. Само описание в целях валидизации может быть предложено респондентам, которые подтверждают его верность либо вносят поправки. После конденсации смыслов каждого значимого утверждения эти смыслы собираются в более крупные тематические кластеры, и здесь также можно привлекать экспертов. Собранные кластеры снова даются отдельным респондентам для валидизации и т.д. Результатом подобной процедуры является описание структуры изучаемого переживания или опыта. Как можно видеть, описательный феноменологический анализ данных представляет собой движение к смыслу через структурированный процесс, предполагающий постоянную опору на данные. Цель анализа — интегрированное описание переживания, не зависящее от теоретической, политической или какой- либо иной позиции исследователя.

Впрочем, нужно оговориться, что сегодня практикуются два типа описательных феноменологических исследований — классическая, или интуитивная (classical, or intuiting), феноменология и новая, или эмпатическая (new, or empathetic), феноменология (Willis, 2004). До сих пор речь преимущественно шла о первом типе — классической феноменологии; именно ее цель — раскрыть инвариантную структуру того или иного переживания, иными словами, ответить на вопрос, что собой представляет тот или иной феномен («чувство, что тебя понимают», эстетическое переживание, опыт насилия или что-то еще). Новая эмпатическая феноменология пытается ответить на иной вопрос, а именно: как те или иные люди переживают определенный опыт (понимания, восприятия прекрасного, насилия и т.гг) Если классическая феноменология, обращаясь к субъективному опыту, пытается через него найти путь к пониманию того, что собой представляет феномен, какова его сущность, то эмпатическая феноменология открыто и рефлексивно обращается к субъективным смыслам и значениям, которые вкладывают в свое переживание сами переживающие: что означает ухаживать за умирающими для самих медицинских сестер хосписа? что значит жить с больным сердцем для самих больных? и т.п. В социальном смысле подобные исследования имеют огромное значение, поскольку демонстрируют разнообразие жизненных миров людей и позволяют схватывать опыт тех, чей взгляд в силу каких-то социальных причин отличается от взгляда представителей доминирующих в данной области групп. Эмиагическая феноменология, как можно видеть, исходит из идеи социальной неоднородности человеческого сознания и сама вносит свой вклад в развитие подобных представлений. Тем самым она близко примыкает к критическому модусу качественных исследований, хотя при этом и не использует свойственные самим критическим исследованиям «вскрывающие» интерпретативные техники. Наконец, следует сказать, что в отличие от интуитивной феноменологии, базирующейся на философских идеях Э. Гуссерля, эмпатическая многое берет из герменевтической традиции; соответственно, на шкале, полюсами которой являются описание, с одной стороны, и интерпретация — с другой, она окажется хотя и на полюсе описания, но будет несколько сдвинута в сторону интерпретации.

Подход интерпретативной {герменевтической) феноменологии в качественных исследованиях основан на идеях философской герменевтики — идеях В. Дильтея, М. Хайдеггера, Х.-Г. Гадамера, П. Рикера. Известные версии интерпретативного феноменологического метода в психологии предложены канадцем М. ван Маненом (van Manen, 2002), шведом Г. Карлс- соном (Karlsson, 1993), англичанином Дж. Смитом (Eatough, Smith, 2008; Smith, 2004).

Как и философская феноменология Э. Гуссерля, герменевтика заинтересована в раскрытии смыслов. Однако схватывание смыслов в герменевтике имеет иную природу: понимание смысла всегда совершается в процессе толкования. С позиции герменевтической феноменологии можно утверждать, что А. Джорджи, настаивая на отличии описания от интерпретации, не учитывает того, что описание всегда связано с проблематикой понимания, а понимание, в свою очередь, имеет интерпретативную природу.

Одна из самых важных идей философской герменевтики — идея герменевтического круга как неотъемлемого условия понимания. В контексте работ М. Хайдеггера (2002) и Х.-Г. Гадамера (1988) герменевтический круг нужно понимать не только в методологическом (как непрерывное движение познания между целым и частями текста), но и в онтологическом смысле. Как пишет М. Хайдеггер, «всякое толкование, призванное доставить понятность, должно уже иметь толкуемое понятым» (Хайдеггер, 2002, § 32, с. 152). Иными словами, понимание смысла всегда предполагает жизненное отношение интерпретатора к тексту, его предварительную связь с тем, что в нем сообщается. Эту герменевтическую предпосылку называют предпо- ниманием, поскольку она не достигается в процессе понимания, но предполагается уже заранее данной. Исследователь входит в исследование с собственными предмнениями и предсуждениями. И его «самоуничтожение» (в смысле полного очищения сознания от любых форм предсуждений) не только недостижимо, но и повлекло бы за собой устранение самой возможности понимать. Другое дело, что в процессе понимания исследователь всегда должен быть готов поставить собственные предсуждения под вопрос, принимая во внимание то, что говорит другой человек или текст.

Основываясь на этой философской платформе, подход герменевтической феноменологии как качественная исследовательская методология прямо позиционируется его сторонниками как интерпретативный: смыслы всегда рождаются в процессе взаимодействия читателя и текста, и как бы ни был исследователь близок к тексту, обращающемуся к нему в своей «истине», процесс понимания всегда будет напоминать перевод с одного языка на другой, что неизбежно включает переосвещение смысла, осознание интерпретатором отделенности от текста и поиск компромисса.

Как и в случае описательной феноменологии, сторонники герменевтического подхода огромное значение придают рефлексии исследователя. Однако в соответствии с общей герменевтической позицией предсуждения не откладываются в сторону, но полагаются существенной частью интерпретативного процесса, а потому «вводятся в игру» и «ставятся на карту» так, что их всегда можно изменить в свете данных опыта. Исследователь пытается по возможности эксплицировать свою позицию и отследить, как она связана с изучаемой проблемой. И потому конечный отчет в интерпретативных исследованиях, как правило, включает описание личной позиции исследователя и философско-теоретических оснований, в рамках которых проводилось исследование.

Методология герменевтического анализа данных гораздо менее определенная, чем в случае описательных феноменологических исследований. Сторонники интерпретативного феноменологического метода отмечают, что герменевтика приглашает участников в постоянно свершающийся разговор, но не предлагает четкого алгоритма метода. Понимание достигается благодаря слиянию горизонтов, которое есть не что иное, как диалектическое движение между предпониманием, интерпретативным каркасом и источниками информации. Невозможно сформировать конечный набор процедур, структурирующих интерпретативный процесс, поскольку интерпретация рождается из предпонимания и диалектического движения между целым и частями текста. Интерпретативный процесс продолжается до тех пор, пока не будет достигнут ощутимый смысл интерпретируемого, отвечающий на исследовательский вопрос, согласующийся с теоретической и ценностной позицией исследователя и, безусловно, подтверждаемый данными. Каким образом возникла именно эта интерпретация — ключевой вопрос, ответ на который интерпретатор должен представить читателю, чтобы последний мог оценить достоинства и недостатки интерпретации. Как и описательная феноменология, интерпретативный феноменологический анализ не предполагает объяснения феноменов, и его результатом тоже является насыщенное, богатое описание субъективного опыта, переживаний, особенностей жизненного мира собеседников. Однако путь, который проходит исследователь, чтобы представить подобное описание, иной: практически не используется пошаговый анализ, материал не делится на смысловые единицы, но интерпретируется как целое, при этом исследователь двигается в пределах герменевтического круга и принимает во внимание все богатство контекстов. И если описательное феноменологическое исследование тяготеет к однозначности описания, то герменевтический подход предполагает гораздо большую свободу интерпретации.

>

Феноменологический подход в психологии личности и психотерапии>49. Феноменологический подход в психологии личности и психотерапии

(по статье: Улановский метод в психологии, психиатрии и психотерапии)

О понятии «феноменология»

В строгом смысле слова по­нятие «феноменология» используется тог­да, когда речь идет об особом феноменологическом, досконально-описа­тельном, беспредпосылочном исследовании и досконально-описательно выявленных характеристиках чего-либо (М. Мерло-Понти, Ж.-П. Сартр). Именно в таком смысле это понятие было заимствовано психологией из философии в начале XX века и в последующем использовалось психолога­ми и психиатрами.

Основатель феноменологии — немецкий философ Эдмунд Гуссерль (1859–1938). В работах Гуссер­ля феноменология предстает как форма исследования — соотношений знака, предметных референтов, значений и структуры наших переживаний, способов нашего обыденного восприятия вещей и той работы сознания, которая обеспечивает связность, осмысленность и сохранность во времени нашего опыта.

Гуссерлем и его последователями были проведены поразительно тонкие и проницательные дескриптивные исследо­вания восприятия, мышления, интуиции, воображения, суждения, символических ре­презентаций, смысла, значения, ценности, субъективного времени и других феноме­нов, интересующих психологию.

Основной упрек Гуссерля в адрес психологии: исходные классы понятий, ко­торыми психология оперирует (восприятие, фан­тазия, высказывание и т. д.) и которые за­дают смысл ее предметной области и ее теориям, берутся из обыденного опыта и остаются спутанными, многозначными и слишком грубыми для описания. Каждое из таких слов указывает на целое множе­ство «горизонтов» явления, его составных частей и сторон, которые остаются нераз-личенными и неотрефлексированными.

Цель феноменологии заключалась как раз в интуитивном, непредубежденном, доскональном, дескриптивном, аналити­ческом установлении различий и в приве­дении к ясности феноменов сознательной жизни. Речь идет о дисциплине, которая стремится к более полной «инвен­таризации сознания», определению типов переживаний как таковых.

Феноменология — это прежде всего метод познания, а не жесткая система взглядов и истин. Ее следует принимать и практиковать именно как способ или стиль.

Положения феноменологической психологии

1) рассмотрение переживания как центрального психологического фено­мена;

2) интерес к анализу смысла, спосо­бов видения и понимания человеком мира;

3) признание принципов беспредпосылочности и очевидности в качестве отправных пунктов эмпирических исследований и по­строения теории;

Принцип беспредпосылочности: отказ от убеждений и предпосылок, которые не были полностью исследованы, отказе от феноменологически непроясненных, непроверенных и непроверяемых предпо­сылок. : «Мы не знаем мира субъекта помимо и через голо­ву того, что о нем сообщает последний»

Принцип очевидности: по Гуссерлю — «принцип всех принципов». Со­гласно ему, все, что дано нам, нужно при­нимать и описывать таким, каким оно дает себя, и только в тех рамках, в каких оно дает себя. Это означает отказ говорить о явлении сверх того, что явлено, сверх того, что мы с очевидностью усматриваем в нем.

4) дескриптивный (т. е. описательный) подход к исследованию психологических явлений;

5) использование субъективных отчетов ис­пытуемых как основного источника данных исследования;

6) использование методов качественного исследования (преимуще­ственно интервью и анализа документации) и процедур анализа качественных данных.

Феноменологический метод

— это метод приведения к интуитивной ясности феноменов сознания и понятий. Известную оккамовскую максиму «не умножать сущности без необходимости» феноменология могла бы дополнить положением: «не следует отбрасы­вать феномены, данные интуитивно».

Состав­ные процедуры классического феноме­нологического метода:

1) феноменологическая редукция — предполагает приостановку (заключение в скобки, вы­ведение из действия, нейтрализацию) все­возможных убеждений, мнений, научных знаний о феномене, включая представле­ние о статусе его реальности, — с целью освободить его от всех трансфеноменаль­ных составляющих и оставить для анализа лишь то, что дано в сознании несомненно и с очевидностью;

2) феноменологическое интуирование — предполагает восприимчивое проникновение, концентрацию и инту­итивное схватывание феномена с целью достижения максимальной ясности и отчетливости его видения. Гуссерль под­черкивал, что данная операция не имеет ничего общего с интуицией в мистиче­ском смысле и представляет собой лишь особою форму обращенности и интеллек­туальной проницательности к феноме­нам. Метафорически она может быть описана с помощью таких нестрогих инструкций, как: «раскрой свои глаза», «смотри и слушай» и т. п.

3) феноменологический анализ — это специальная процедура соотнесения различных сторон и компонентов феномена с целью уста­новления его инвариантной смысловой структуры. Для этого используется техника «свободных воображаемых вариаций», ко­торая заключается в воображаемой смене контекстов и перспектив рассмотрения феномена, подмене и исключении его раз­личных составляющих, в результате чего выделяются наиболее значимые состав­ляющие феномена (например, наличие плоской поверхности и опоры у стола и т. п.). Ориентацией на работу с некоторым исходным предметным содержанием, а не с отсылающими к нему понятиями и суж­дениями, феноменологический анализ от­личается от различных форм анализа язы­ка и логического анализа. Мы оперируем в данном случае не логическими определе­ниями понятий и терминов, допуская или отвергая возможность той или иной струк­туры, компонентов, динамики, исходя из противоречивости/непротиворечивости этих определений, а соотносим воображае­мые феномены и их компоненты. В таком понимании феноменологический ана­лиз — не более эфемерная и субъективная процедура, чем традиционный логический анализ терминов, т. к. и в том, и другом случае имеет место работа исследователя по соотнесению некоторого мыслимого содержания, результаты которого в одина­ковой мере могут быть удостоверены дру­гими людьми.

4) феноменологическое описание — это процедура максимально полного и прозрачного обозначения, предикации и языкового выражения первичных данных опыта, усматриваемых в рефлексии.

Варианты феноменологического ме­тода в психологии, психиатрии и психоте­рапии

1. Способ дифференциации и анализа пси­хопатологических феноменов. Психиатром Карлом Ясперсом феноменология трактовалась как метод исследования, основанный на самоописаниях больно­го, как способ отбора, дифференциации, описания и систематизации отдельных переживаемых феноменов. Эта разновидность метода получила на­звание описательной феноменологии, или описательной психиатрии.

2. Способ понимания и вживания в жиз­ненный мир человека. Феноменология, с точки зрения Л. Бинсвангера, должна быть больше, чем просто «описательной психологией» или «описательной психиатрией». Феноменологические описания и анализ должны были стать составной частью бо­лее широкого метода — экзистенциального анализа (который предполагает исследование биографии, с опорой на интерпретативные психоаналитические методы — с целью понять мир больного). Схожим образом использовал феноме­нологию и Рональд Лэйнг, для которого идея понимания и уважения к миру клиента и общения с ним исходя из этого легла в основу разработки целого протестного на­правления — антипсихиатрии. Ролло Мэй считал задачей терапевта, применяющего в своей работе феноменологию, сделать свои собственные конструкты достаточно гибкими, чтобы быть способным слушать в терминах пациента и слышать на языке пациента.

3. Форма рефлексивных самоотчетов в эмпирических исследованиях. В рамках гештальт-психологии дескриптивный феноме­нологический метод стал использоваться в исследованиях познавательных процес­сов и рассматриваться в качестве одного из основных методов психологического исследования, наряду с «объективными методами» (наблюдением, экспериментом и измерением). Курт Коффка различал два класса понятий, которые ис­пользуются в психологии: функциональные понятия, в которых мы как внешние на­блюдатели описываем поведение наблю­даемого объекта, и описательные понятия, в которых наблюдаемый сам комментиру­ет собственные переживания.

Так, наблю­дая за процессом колки дров дровосеком и называя его состояние «утомлением» на основании наблюдаемого ослабевания его движений, мы используем функцио­нальные понятия. Понятия же, в которых дровосек сам описывает свое состояние («чувствовал себя усталым», «стало труд­но» и т. д.), — суть описательные понятия. В отличие от описания внешнего пове­дения, при описании переживаний лишь один человек — сам переживающий — мо­жет решить, правильно или неправильно применены понятия. Никто кроме дрово­сека не может сказать, легка или трудна ему работа.

Коффка полагал, что перевод качественных различий в количественные (служащий идеалом в естественных науках) применительно к переживаниям совершенно неприемлем. Он полагал, что пережи­вания являются «чистым качеством» — и «количественное» в том смысле, в каком это понимают в естествознании, им со­вершенно не присуще. Именно поэтому понятие качество в психологии часто употребляется как синоним понятия переживание.

4. Метод психотерапевтической работы с переживанием:

— гештальт-терапия делает акцент на анализе явного, очевидного, доступного для наблюдения материала (в противовес скрытому, основанному на предположе­ниях и убеждениях, принятому догмати­чески содержанию) и на феноменологи­ческих описаниях переживаний человека (а не на интерпретации их с позиции той или иной теории или здравого смысла). В противовес каузальному подходу 3. Фрей­да, ориентированному на поиск скрытых причин поведения человека, Ф. Перлз настаивал на важности дескриптивного подхода, ориентированного на раскрытие способа протекания некоторого опыта (предпочтение вопросов «Как?» вопросам «Почему?»).

— в клиент-центрированной терапии К. Роджерса терапевт стремится оставаться на дескриптив­ном уровне и воздерживаться от интерпретативных комментариев, возвращая мысли и чувства клиента и помогая ему самому прояснять собственные пере­живания.

— психотерапевтический «метод фокусирования» Ю. Джендлина обращает человека к его телесному чувству ситуации, ощущае­мому смыслу волнующего события и по­могает ему найти наиболее подходящий образ, слово или выражение, что обычно приводит к чувству облегчения у клиен­та.

— представители экзистенциальной терапии (Р. Мэй, Р. Лэйнг, Дж. Бюджентал, А. Лэнгле, Э. Спинелли и др.) также обращаются к феноменологическому методу в различной форме.

5. Стратегия качественного исследова­ния.

— А. ван Каам (1958 г.) на основе клиент-центрированного подхода Роджерса и общих положений феноме­нологии провел исследование феномена «чувства понятости» (он просил студентов описать в мелких деталях ситуации, в которых они чувствовали себя по-настоящему по­нятыми, с целью определить «необходи­мые и достаточные составляющие этих переживаний»).

— феноменологический подход использовался А. Джорджи (в его методе «конденсации смыслов» на основе устных интервью).

Феноменологическое интервью

Феноменологический анализ относитсяк качественным методам исследования.В отличие от количественных методов для них важно не столько большое количество респондентов, сколько чувствительность, сензитивность исследователя. В фокусе внимания – уникальное, нестандартное, необычное в поведении и мироощущении человека. Условия исследования – обычные, естественные. Ориентация в работе на описание и понимание процесса. Исследователь является включенным наблюдателем и оказывает влияние на чувства респондента, также использует свои чувства как инструмент исследования (опирается на свой чувственный опыт, отраженный в совместном переживании во время исследования).

Принципы феноменологического анализа могут быть использованы для совместного исследования актуального переживания респондента по поводу прошлого опыта. Исследователь помогает респонденту осознать свой опыт сначала осознавая, что за переживанием стоят чувства, затем, помогая понять, какие это чувства, куда они направлены и какое значение имеют в контексте его опыта. Эти принципы в феноменологическом интервью проявляются следующим образом:

· Явления описываются такими, какими они являются человеку и как они осознаются

· Содержание опыта берется из повседневной жизни

· Признается субъективность в конкретной ситуации

· На явление мы смотрим, редуцируя наши знания, установки, общепринятые нормы, стараясь сконцентрироваться на том, что постоянно, что изменяется в зависимости от ситуации.

Метод феноменологического анализа в аспекте психологических методов можно рассматривать как метод анализа переживания человеком чувств, сопутствующих тому или иному феномену.

Работа феноменологического исследователя заключается в том, чтобы направить сознание личности в необходимом направлении (например, задавая определенные вопросы), позволить полученному содержанию, найти ясное и понятное словесное выражение, которое правдиво для подлинной сущности опыта и понятно настолько, насколько возможно для другой личности, которая не вовлечена в процесс анализа.

Задачи психолога — феноменолога:

· Желаемое явление направить в нужном направлении и дать ясную форму вербализации, которая отразит суть опыта

· Помнить, что исследование проводится прямом контакте, причем, результат зависит от его успешности.

Правила контакта в процедуре феноменологического интервью:

· Реальность респондента (клиента) принимается такой, какой он ее переживает (задача: понять и принять его опыт)

· Важно отражать содержание и чувства респондента (клиента)

· Важно делиться своим опытом и переживаниями с респондентом (клиентом)

· Важно не только выявить переживание, но и постараться понять, что оно означает в контексте опыта

· Исследователь должен помочь понять и назвать ту реальность, в которой живет человек

· Исследователь дополняет перспективу респондента своей перспективой

Порядок проведения феноменологического анализа:

Феноменологическое исследование состоит из феноменологического интервью и феноменологического анализа полученных данных, причем часть анализа проводится в присутствии и вместе с респондентом и часть без него.

Необходимо сформулировать феномен и вопрос вместе с респондентом.Текст, рассказываемый респондентом, записывается исследователем от первого лица, чтобы сохранить его подлинность. При остановках в рассказе, задаются подбадривающие вопросы к продолжению.

«Расстановочный метод и системно-феноменологический подход в психотерапии»

График проведения модулей потока 2018-2019 г.

Модуль Тема Дата Ведущий
1
Семинар «Основы системно-феноменологического подхода Берта Хеллингера и метода семейных расстановок» 26-28 января
2018 г.
Оксана Бородянская
Группа практики 29-30 января
2018 г.
Любовь колчанова
2
Семинар «Теоретические и методические основы структурной расстановки и работы с неличными элементами» 09-11 марта
2018 г.
Оксана
Бородянская
Группа практики 12-13 марта
2018 г.
Любовь
Колчанова
3
Семинар «Нуклеарная семья. Дети и родители» 27-29 апреля
2018 г.
Ирина Ищенко
Группа практики 30 апреля-1 мая
2018 г.
Любовь Колчанова
4
Семинар «Про мужчин и женщин в отношениях» 22-24 июня
2018 г.
Ильдар Мухамеджанов
Группа практики 25-26 июня
2018 г.
Любовь
Колчанова
5
Семинар «Расстановки для людей с тяжелыми физическими симптомами» 28-30 сентября
2018 г.
Андрей Васильев
Группа практики 01-02 октября
2018 г.
Любовь
Колчанова
6
Семинар «Расстановочная работа в контексте различных систем. Расстановка снов, сказок. Ритуалы» 23-24 ноября
2018 г.
Анна Евстратова
Группа практики 25-26 ноября
2018 г.
Любовь
Колчанова
7
Семинар «Метод расстановки в индивидуальной работе» 01-03 февраля
2019 г.
Ирина Розенберг
Группа практики 04-05 февраля
2019 г.
Любовь
Колчанова
8
Семинар «Энергетические законы работающие в расстановках. Чему мы служим и чем помогаем. Специальные области работы с расстановкой» 19-21 апреля
2019 г.
Оксана Бородянская
Группа практики 22-23 апреля
2019 г.
Оксана Бородянская
Супервизия
Метод расстановок как психологическая помощь 01-02 июня 2019 г. Оксана Бородянская

Содержание программы обучения:

  1. МОДУЛЬ ПЕРВЫЙ (методический):
    Основы системно-феноменологического подхода Берта Хеллингера и метода семейных расстановок
    • Источники и предшественники метода системно-феноменологического подхода Берта Хеллингера, семейной расстановки и движений души.
    • Что такое «системный», «феноменологический» и «системно-феноменологический» подходы.
    • Общая теория систем, как концептуальная основа семейной терапии.
    • Иерархические уровни, границы системы, подсистемы и т.д.
    • Замещающее восприятие.
    • Основные виды чувств и способы обращения с ними (первичные, вторичные, перенятые и мета-чувства).
    • Понятие вины и невиновности в отношениях.
    • Личная совесть и особенности ее воздействия на человека.
    • Связь, баланс и порядки в системе.
    • Что такое «системные динамики» и как они возникают (парентификация, триангуляция, сиблинговое смещение).
    • Особенности расстановочного интервью.
    • Работа с генограммой, ее использование для сбора информации и последующей работы с расстановкой.
    • Фокусирование, выбор системы или участников для расстановки.
    • Поиск решения в расстановке.
    • Основные интервенции в процессе расстановочной работы.
    • Фразы, проявляющие системную динамику, и разрешающие фразы.
    • Образ-решение. Что важно при завершении расстановки.
  2. МОДУЛЬ ВТОРОЙ (методический):
    Теоретические и методические основы структурной расстановки и работы с неличными элементами
    • История структурной расстановочной работы.
    • Грамматика и язык структурной расстановочной работы.
    • Карты для «чтения» расстановок.
    • Различия и общие черты структурного подхода с семейными и организационными расстановками.
    • Особенности структурного запроса.
    • Структурные уровни и смена структурного уровня.
    • Ритуалы и их использование в расстановочной работе (разделение контекстов; разделение фигуры на две части; поклоны; «вернуть тяжелое»; «лечь рядом с мертвыми»; «ряд предков»).
    • Работа с каталептической рукой.
    • Диалогические и аутопоэтические способы действий в системных расстановках.
    • Включение спиритуальных (трансперсональных) аспектов в работу с расстановками.
    • Работа с линией жизни, детской и взрослой частью клиента.
    • Работа со шкалами, с линией времени (прошлое, настоящее, будущее).
    • Принципы работы с большими фигурами (война, смерть, жизнь, судьба и т.д.)
  3. МОДУЛЬ ТРЕТИЙ (тематический):
    Нуклеарная семья. Дети и родители
    • Системное понимание нуклеарной (родительской) семьи.
    • Порядки, действующие в семье между родителями и детьми.
    • Понятие лояльности.
    • Детское магическое мышление.
    • Предыдущие партнеры супругов и их влияние на детей.
    • Братья и сестры, их влияние друг на друга и на родителей.
    • Лоскутные семьи.
    • Принятие жизни и принятие родителей.
    • Ситуации, приводящие к прерыванию потока любви от родителей к детям, и их последствия для ребенка.
    • Принципы восстановления прерванного движения любви от ребенка к родителям.
    • Цена жизни. Вина и невинность в отношениях между родителями и детьми.
    • Родительские поручения (делегации) и их выполнение детьми. Конфликты делегирования.
    • Развод между партнерами и его влияние на детей.
    • Самоубийства и смерть родителей.
    • Беременность в расстановке.
    • Приемные и опекунские семьи, особенности работы с ними.
    • Суррогатное материнство.
    • Дети, рожденные в результате ЭКО.
    • Инцест.
    • Насилие над детьми.
  4. МОДУЛЬ ЧЕТВЕРТЫЙ (тематический):
    Про мужчин и женщин в отношениях
    • Системный взгляд на отношения в паре.
    • Основные порядки, действующие на уровне пары.
    • Автономия и связь, их влияние на отношения.
    • Как мы становимся мужчинами и женщинами.
    • «Мамины сыны» и «папины дочки», «мамины дочки» и «папины сыны»
    • Особенности отношений в паре.
    • Когда и как пара становится семьей.
    • Ориентация отношений в паре на детей.
    • Системный конфликт лояльности у человека, принадлежащего к разным системам.
    • Что делает партнерские отношения стабильными.
    • История жизни партнеров и их влияние на отношения в паре.
    • Любовь с первого взгляда, со второго и с третьего взгляда (системный взгляд).
    • Завершенные и незавершенные отношения, их влияние на пару.
    • Предыдущие партнеры.
    • Дети от предыдущих отношений.
    • Любовные треугольники.
    • Измены.
    • Невозможность иметь детей.
    • Кросс-культурные партнерства.
  5. МОДУЛЬ ПЯТЫЙ (тематический):
    Расстановки для людей с тяжелыми физическими симптомами
    • Что такое болезнь с точки зрения системно-феноменологического подхода.
    • Расстановка для смертельно больных и их близких.
    • Проживание сильных чувств в расстановочном пространстве.
    • Ритуалы и обряды прощания.
    • Работа с горем и болью утраты.
    • Мир живых и мир мертвых.
    • Правила работы с умершими людьми.
    • Влияние мертвых на живых.
    • Особенности влияния смерти детей на других членов системы.
    • Несчастные случаи.
    • Принятие своей и чужой судьбы.
    • Связь между выжившими и погибшими.
    • Динамики «уйти в смерть за кого-то» или «уйти в смерть за кем-то».
    • Динамика «жертва-убийца», возникающая при убийстве внутри семьи.
    • Пропавшие безвести.
  6. МОДУЛЬ ШЕСТОЙ (методический):
    Расстановочная работа в контексте различных систем. Расстановка снов, сказок. Ритуалы
    • Критерии выбора формата расстановки, организация процесса.
    • Фазы и ход расстановок в ритуалах.
    • Расстановки снов, сказок и мифов.
    • Расстановки симптомов с абстрактными элементами.
    • Расстановка проблемы.
    • Диагностическая расстановка.
    • Расстановка, ориентированная на решение.
    • Официальная и завуалированная тема.
    • Расстановка чуда.
    • Расстановка полярностей убеждений.
    • Расстановки шаманского круга.
    • Расстановки комплексных систем.
  7. МОДУЛЬ СЕДЬМОЙ (методический):
    Метод расстановки в индивидуальной работе
    • Формы системной работы и их комбинации:
      — работа с фигурами;
      — работа с напольными якорями;
      — работа в воображении;
      — системная беседа, ритуалы;
      — системный коучинг.
    • Консультирование пар или одного из партнеров, или семьи:
      — особенности запроса;
      — работа с чувствами и их принятие;
      — этапы расстановочной работы;
      — темп и ритм расстановки.
    • Роль терапевта в процессе индивидуальной расстановки:
      — вход в расстановку,
      — выход из роли,
      — нейтральная позиция терапевта,
      — как обходиться с исключенными членами системы в процессе индивидуальной работы.
    • Особенности пролонгированного консультирования.
  8. МОДУЛЬ ВОСЬМОЙ (методический):
    Энергетические законы работающие в расстановках. Чему мы служим и чем помогаем. Специальные области работы с расстановкой
    • Что помогает достичь большей ясности в своей работе.
    • Как сохранить себя, оставаясь эффективным.
    • Каким законам подчинена помощь. Порядки помощи.
    • Каковы границы помощи.
    • Какая помощь делает клиента сильнее, а какая слабее.
    • В каких случаях расстановку не следует начинать, а в каких случаях расстановку следует прервать.
    • Выработка собственного стиля.
    • Ресурсы для расстановщика.
    • Метод сонастройки с клиентом. Управление положением Точки сборки.
    • Что такое профессиональное выгорание с энергетической точки зрения
    • Как сделать свою работу, более «тонкой», более точной
    • Два направления циркуляции энергии – два принципа действия в жизни.
    • Отработка навыка фокусировки в реальности, заземления.
    • Подготовка к супервизии.

Системно-феноменологический подход в расстановках

Системно-феноменологический подход в расстановках означает, что мы рассматриваем некую ситуацию как СИСТЕМУ (семейную, организационную или другую), расставляем её элементы и смотрим, что происходит, какие ФЕНОМЕНЫ (явления) проявляются.
Исследование явлений происходит через наблюдение и чувственный опыт, без посредника в виде теоретических конструктов.
В разное время Берт Хеллингер пытался вывести некие общие «системные законы», проследить причинно-следственные связи и действовать исходя из них. Но рано или поздно наступал момент, когда становилось ясно, что из правил слишком много исключений. И тогда Б.Х. шел дальше, отказываясь от выведенных «законов», «правил» и «порядков». Шел дальше в феноменологию, т.е. в открытость к ПРОИСХОДЯЩЕМУ в расстановке, внимание к ЯВЛЕНИЯМ в их сути (а не к теоретическим построениям).
Из того, что в основе метода расстановки лежит ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКИЙ подход, вытекает несколько важных практических следствий.
1. Необходимость индивидуального рассмотрения ситуации.
Абсолютно идентичные, казалось бы, ситуации у двух разных людей, если их расставить, скорее всего покажут совершенно разную системную динамику. Несводимость бесчисленного множества судеб в несколько (или даже несколько десятков) общих принципов заставляет нас каждый раз начинать расстановку с чистого листа.
2. Невозможность теоретически «вычислить» корень проблемы.
Провести фактический анализ событий в жизни предков и найти там конкретную причину теперешних трудностей — сомнительная возможность («Тебе не удается выйти замуж, потому что у бабушки было 5 мужей и 10 абортов»). Системные взаимосвязи слишком многочисленны и слишком сложны, чтобы можно было их «просчитать» с помощью нашей человеческой логики.
Хочешь узнать что-то? — Надо расставить и посмотреть! :)))
3. Опора на происходящее в поле расстановки.
Конечно, в тысячах тысяч проведенных по всему миру расстановках замечены некие тенденции. Но нельзя считать их жесткими закономерностями и ориентироваться на них при работе с конкретным случаем. Тенденция, возможно, даст нам подсказку — куда двигаться. Но это будет всего лишь ГИПОТЕЗА, которую нужно будет проверить — в живой расстановке, происходящей здесь и сейчас.
4. Происходящее важнее объяснений, чувства важнее слов.
В расстановочной работе важнее понять, ЧТО происходит, и как ПЕРЕЖИВАЕТСЯ то что происходит, а не ПОЧЕМУ это так.
В расстановке мы прикасаемся к очень глубоким вещам. Мы осознаем, что есть нечто бОльшее, что движет судьбами людей. Попытка объяснить происходящее уводит нас от контакта с этим глубоким. Пускаясь в слова, мы теряем ощущения.
Практика показывает, что расстановки типа «ничего не понимаю, что тут происходило» дают результат не хуже, чем понятные истории типа «тебе не удается выйти замуж, потому что у бабушки было 5 мужей и 10 абортов».

Автор статьи: Любовь Колчанова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *