Действительность в философии

Действительность в философии

ВОЗМОЖНОСТЬ

ВОЗМОЖНОСТЬ и ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ — модальные характеристики бытия, выражающие, с одной стороны, тенденцию становления, с другой — ставшую реальность. Если понятие В. выражает объективно существующую тенденцию изменения предмета, возникающую на основе определенной закономерности его развития, то Д. — объективно сущее, наличное состояние предмета, конституированное в качестве фрагмента бытия. В широком смысле слова, Д., т.обр., есть совокупность всех реализовавшихся В. и предметно совпадает с феноменом наличного бытия. Выступая в качестве парных категорий, В. и Д. могут быть охарактеризованы с точки зрения взаимоперехода: В. возникает в рамках Д. как одна из тенденций и потенциальных перспектив ее эволюции, презентируя будущее в настоящем, воплощая тем самым эволюционный потенциал Д. (как, по примеру Аристотеля, статуя Гермеса в мраморной глыбе), а превращение В. в Д. (актуализация) порождает новые В. Однако, претворение в жизнь одной из В., ее превращение в Д., означает в то же время и неосуществленность всех других, альтернативных В. (их сохранение в качестве В. или превращение в невозможность). Таким образом, в контексте взаимодействия В. и Д. конституируется категория невозможности как того, что не может быть артикулировано в качестве Д. ни при каких условиях и не может быть помыслено без нарушения логического закона непротиворечивости суждения. Наряду с этим, противостоя невозможности, В. противостоит и необходимости, т.е. тому, что не может не стать Д., в отличие от которой В. соизмеряет свой статус потенциальности с вариативной перспективой. (В связи с сопоставленностью Д. с необходимостью, В. — из соображений симметрии — ставится в соответствие со случайностью, которая характеризует В. или невозможности тех условий развития предмета, при которых В. — с необходимостью — превратится в Д.). Различные виды В. могут быть систематизированы с помощью следующих типологических оппозиций: 1) формальная В., т.е. все то, что не исключено сущностными законами развития предмета и может быть помыслено в непротиворечивой форме в качестве потенциальных версий его развития (см. гегелевский пример о формальной возможности того, что турецкий султан станет папой Римским), и В. реальная, т.е. такая, которая не только может быть помыслена без нарушения законов формальной логики, но и сохраняет потенциал актуализации при ее сопоставлении с другими В. (в этом контексте конституируется понятие вероятности как количественной меры В.: «максимальная вероятность» означает акт превращения В. в Д.); 2) абстрактная В., т.е. такая, условия реализации которой, в свою очередь, выступают в качестве возможных, и конкретная В., превращение которой в Д. может быть осуществлено на наличном уровне развития предмета; 3) обратимая В., превращение которой в Д. симметрично трансформирует статус прежней Д. в возможный (фигура маятникообразного взаимопревращения), и необратимая В., превращение которой в Д. придает прежней Д. статус невозможности. Термины В. (dinamis) и Д. (energeia) были введены впервые в «Метафизике» Аристотеля, однако объективно дифференциация актуального и потенциального существования обнаруживает себя уже в рамках натурфилософии, начиная со старших физиков: так, у Анаксимандра, Анаксагора, Демокрита Д., т.е. наличный, эмпирически данный Космос представляет собою лишь один из возможных вариантов организации исходного субстанциального начала как неограниченности В., причем эта В. обратима (см., например, ритмические пульсации космизации и апейрониза-ции мира у Анаксимандра, гераклитовский огонь, «мерами разгорающийся и мерами погасающий» и т.п.). Наряду с этим, в философии элеатов оформляется апория о невозможности В., ибо сущее не может возникнуть ни из сущего (ибо в этом случае отсутствует реальное возникновение), ни из несущего (что невозможно). Аналогично — в рамках мегар-ской школы (см. СОКРАТИЧЕСКИЕ ШКОЛЫ) оформляется идея о том, что возможной является только Д., ибо вне Д. не может быть В. («возможностью можно обладать только в акте»). На базе критики означенной аргументации («такие утверждения упраздняют всякое движение и возникновение») выстраивается концепция В. и Д. Аристотеля. В. связывается у Аристотеля с материальным, а Д. — с формальным началами, — под Д., таким образом, понимается то, что обрело форму, вид, эйдос. Аристотель интерпретирует взаимодействие В. и Д. в контексте процессуального изменения бытия («осуществление того, что существует в В., есть движение») при безусловном примате Д. («существующее актуально возникает из существующего потенциально под действием существующего актуально»). Понятия В. и Д. лежат у Аристотеля в основе логической теории модальности, детерминируя классификацию суждений — по критерию модальности — на «ассерторические» («суждения Д.»), «проблематические» («суждения В.») и «аподиктические» («суждения необходимости»). В средневековой схоластике energeia и dinamis были переведены на латынь как actus (акт) и potentia (потенция), что обрисовывает основные векторы интерпретации их соотношения в рамках аристотелевской парадигмы. Однако, многочисленные неортодоксальные ответвления и вариации схоластических концепций, задающие радикально новые ракурсы видения проблемы В. и Д., выходят далеко за границы этой схемы. В этом контексте наиболее плодотворна доктрина Иоанна Дун-са Скота, интерпретирующего понятия В. и Д. в контексте модальной онтологии: В. рассматривается им как сфера концептуальной непротиворечивости, логическая В. иного мироустройства как альтернатива Д. В новоевропейской философии механицизм и радикальная ориентация на естествознание обусловили отрицание объективного существования В. как случайной (в связи с трактовкой случайности как проявления незнания): «случайным и возможным называется вообще то, необходимую причину чего нельзя разглядеть» (Гоббс). У Лейбница положение о всеобщей необходимости, исключающей какую бы то ни было В., фундирует известный тезис о сущем мире как единственно возможном и, следовательно, наилучшем. Наряду с этим, в качестве гипотетической модели в философии Лейбница была выдвинута идея о «конкуренции» между различными В. как вариантами мира, в контексте которой была сформулирована мысль о своего рода шкале вероятностей реализации той или иной версии бытия. Критическая философия Канта трактует В. и Д. в качестве априорных категорий модальности: «что согласуется с формальными условиями опыта (что касается наглядных представлений и понятий), то это возможно… Что согласно с материальными условиями опыта (ощущение), то действительно… То, связь чего с действительностью определяется согласно общим условиям опыта, существует необходимо». В рамках гегелевской концепции осуществлено синтетическое рассмотрение В. и Д.: В. выступает как абстрактный момент Д.: «В. есть то, что существенно для Д., но она существенна таким образом, что она вместе с тем есть только В. Реализованная В., конституировавшаяся в качестве Д., обретает все параметры существования: Д. есть ставшее непосредственным единство сущности и существования, или внутреннего и внешнего; Д. есть конкретное единство сущности и явления». Высказанные в рамках классической философской традиции версии отношения В. и Д. (в частности, идеи Иоанна Дунса Скота, Лейбница, немецкой классики) сыграли значительную роль в становлении модальных концепций семантического анализа в рамках неклассической философской парадигмы (Карнап, С. Кангер, Р. Монтегю, Хинтикка, С. Крипке, А. Прайор, А. Мередит, И. Томас и др.). Проблема взаимоотношения В. и Д. артикулируется в неклассической философии как проблема возможных миров (см. ВОЗМОЖНЫЕ МИРЫ). Проблема В. и Д. актуальна и для социального вектора философствования, ибо принципиально статистическая природа социальных закономерностей имеет своим следствием шлейф нереализованных В., тянущийся за реализованной и свершившейся Д., и если для историка предметом изучения является только имевшее место быть (Д. истории), то для философа в качестве предмета выступают именно те веера канувших в Лету В., которые открывались каждым поворотным событием прошлого.

Источник: Новейший философский словарь на Gufo.me

ВОЗМОЖНОСТЬ И ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ — категории материалистической диалектики, выражающие две необходимые, объективно существующие стадии в развитии любого предмета, явления.

Возможность — это то, что в настоящий момент еще не существует, но в силу действия законов развития данного предмета, явления может возникнуть и развиваться, т. е. стать действительностью. Действительность — это то, что уже возникло, существует. В. и д. взаимосвязаны, В процессе развития всякого данного явления может сделаться действительным лишь то, что заключено в нем как возможность. Соответственно этому развитие представляет собой бесконечный процесс зарождения возможностей и их превращения в действительность. Сама же действительность — это нечто изменяющееся, развивающееся. Каждый предмет, явление содержат в себе множество возможностей, но в конкретном процессе реализуется лишь одна из них.

Возникновение возможностей и их превращение в действительность не являются результатом действия какой-то сверхъестественной силы (бога), а вызываются внутренне присущей объекту способностью к развитию. Возможности в зависимости от конкретных условий существования и развития предмета подразделяются на формальные, абстрактные и реальные. Формальной считается такая возможность, которая рассматривается безотносительного к объективным условиям существования предмета и которая удовлетворяет лишь одному требованию: быть логически непротиворечивой. Однако это лишь необходимое, но недостаточное условие для превращения возможности в действительность. Формальная возможность может противоречить объективным законам, и в таком случае она равнозначна невозможности (такова, напр., возможность падения Луны на Землю, создания вечного двигателя, вечного сохранения капитализма путем его усовершенствования и т. п.). В отличие от формальной, абстрактная возможность соответствует объективным законам, но для ее осуществления в данной конкретной ситуации еще нет всех необходимых условий. Грань между абстрактной и реальной возможностью очень подвижна: при наличии необходимых и достаточных условий абстрактная возможность становится реальной. Например, раньше полет человека на другие планеты Солнечной системы был абстрактной возможностью. При тех достижениях в освоении космоса, которые имеются сейчас, такая возможность стала реальной. Когда осуществляется весь комплекс условий, необходимый для реализации возможности, реальная возможность превращается в действительность.

Степень развитости возможности — показатель ее близости к действительности — выражается понятием «вероятность». «Максимум вероятности» обозначает точку качественного превращения возможности в действительность. В природе это превращение совершается как стихийный процесс, зависящий только от объективных условий; в обществе реализация возможностей зависит не только от объективных условий, но и от практической деятельности людей, классов, партий, творящих историю. Напр., социалистическая революция превращается из возможности в действительность, когда к необходимым объективным условиям присоединяется действие субъективного фактора, т. е. сознательность, организованность трудящихся масс, их готовность к самоотверженной борьбе.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

>Социальная реальность

Социальная реальность — итог взаимодействия между индивидами, включающий в себя общепринятые принципы, законы и социальные представления.

Подходы к определению

Проблема социальной реальности была всецело рассмотрена философами-феноменологами, в частности Альфредом Шюцем, который использовал понятие «социальная реальность» для обозначения этого особого вида реальности. В социальном мире Шюц проводил границу между социальной реальностью, которая может быть пережита непосредственно (нем. Umwelt — «окружающий мир»), и социальной реальностью за пределами непосредственной видимости, которую ещё не испытали, если искали. Вслед за ним этнометодология дополнительно прояснила смутное устройство нашей повседневной умелости и способности взаимодействия с социальной реальностью.

Ранее вопрос рассматривался и другими областями знания, например, социологией. Эмиль Дюркгейм подчёркивал особую природу социального царства, потому что: «Здесь больше, чем где бы то ни было, идея есть реальность».

Герберт Спенсер добавил понятие «суперорганизм» с целью размежевать социальную, биологическую и физиологическую реальности.

Социальная реальность отличается от когнитивной, биологической или индивидуальной и состоит из тенденций, социально принятых в обществе. Некоторые исследователи, например, Джон Сёрль, считают, что социальная реальность может быть установлена посредством речевого акта отдельно от каждого индивидуума и от окружающей среды (в отличие от перцептивной психологии, в том числе Дж. Дж. Гибсона, и наиболее экологических экономических теорий). Он использует для описания речевые акты под следующими рубриками: «Брак, имущество, наём, увольнение, война, революции, правительства, собрания, союзы, парламенты, корпорации, законы, рестораны, отдых, юристы, преподаватели, врачи, средневековые рыцари, а также налоги, например».

Радикальный конструктивизм осторожно определяет социальную реальность как неоднородность среди наблюдателей (включает или нет самого себя текущий наблюдателя).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *